Демонстрации, стачки, требования социальных гарантий и особенно создания государственного пенсионного фонда в конце концов переполнили чашу терпения приотской элиты — Арбора обвинили в махинациях с членскими взносами и отправили за решетку.
А уже на следующий день лидеры осознали, как сильно изменилась их страна.
Арест «народного заступника» взорвал континент. Забастовки, стачки, марши протеста, акции неповиновения — на правительство обрушились все «прелести» народного гнева. Встал транспорт, встали алхимические заводы удобрений, а крупные землевладельцы разом лишились наемных рабочих.
Экономика забуксовала, под угрозой оказались поставки продовольствия Ушеру, что вызвало истерику островитян, и приотское правительство отступило. Арбора освободили, через два месяца он триумфально выиграл выборы в сенат Приоты — прогрессисты получили семь кресел из десяти — и стал самым молодым в истории Кардонии консулом. И повторил успех через четыре года.
Исполнил ли Махим свои обещания, оказавшись у кормила власти? Мягко говоря, не все — ссориться с элитой Арбор не хотел.
Но он, в отличие от большинства кардонийских прогрессистов, действительно верил в декларируемые партией идеалы. Искренне считал, что любой приотец сможет повторить его путь.
— Сырое мясо?!
— Вям!
— Извините, я хотел сказать…
— Вям!
— Не волнуйся, Эбни, этот человек уже понял, какую глупость сморозил, и глубоко раскаивается. — Абедалоф почесал саптера под подбородком и перевел грозный взгляд на съежившегося лакея.
— Вареная говядина, человек, это понятно? Вареная, а не сырая.
— Да, синьор, — пролепетал слуга.
— И никаких специй!
— Да, синьор.
— Господин!! — Галаниты терпеть не могли традиционное герметиконское обращение.
— Простите, господин.
— Вы сделаете из вареной говядины фарш, добавите в него вареной моркови и принесете моему другу вместе с первой переменой!
— Вям!
— Да, господин.
— Исполняйте!
— Слушаюсь!"
"Перепуганный лакей бросился прочь, моля святую Марту, чтоб на кухне оказалась вареная говядина, маленький Эбни храбро отправился в большое путешествие по длинному парадному столу, северный конец которого оккупировали четверо мужчин, а Арбедалочик вернулся к прерванному появлением лакея разговору:
— Наши вложения в свободную кардонийскую прессу прекрасно окупаются — меня решительно радуют заголовки завтрашних газет.
Действительно — радуют.
