— Астрологический флот проводит поиск и разведку новых миров, установку Сфер Шкуровича и осуществляет первичную картографию.
— В Астрологическом флоте служат настоящие герои, — выдал сенатор.
— Совершено верно, синьор.
— Но и адигены тоже там служат.
То ли приотец уже успел набраться, то ли другие темы его не волновали. Или и то и другое вместе: напился и полез в привычные дебри. Когда раскрасневшийся Кучирг открывал рот, Баззе оставалось лишь дипломатично улыбаться.
— Адигены — прошлое. Вы слышали о Единой Партии Вселенского Прогресса? Она объединяет всех думающих, устремленных в будущее людей! Мы выиграли выборы на Приоте… Слышали меня? Мы выиграли выборы, потому что люди хотят идти вперед.
Людям нужен прогресс!
— Не сомневаюсь.
Кучирг с подозрением посмотрел на Дорофеева, поразмыслил и осведомился:
— А вы, капитан, каких взглядов придерживаетесь?
— Умеренно консервативных, — сообщил Базза. И пригубил игристого.
— То есть?
— Я готов слушать и соглашаться с критикой властей, но не считаю демократию панацеей от всех бед.
— Что мешает?
— Концентрационные лагеря, которые я видел на Мирте, — предельно вежливо ответил Дорофеев. — Компания построила их для сторонников свергнутого падишаха. Для тех из них, кого не растерзали во время Очистительных погромов…
— Синьор Винчер Дагомаро, консул Ушера и его очаровательная дочь Кира!
«В комментариях не нуждается».
«Фанатик, — слово пришло моментально, при первом же взгляде на консула. — Человек-дело, человек-долг, человек-служение и — человек-власть».
Дары подробно останавливались на личности консула, но Дагомаро, по меткому определению Теодора, в комментариях не нуждался. Он был открыт, он был на ладони, но он был настолько силен, что взломать его не представлялось возможным.
— Очень приятно, консул.
— Взаимно, командор.
Помпилио наградил Дагомаро быстрым взглядом, мимолетность которого балансировала на грани оскорбления, и сфокусировал внимание на Кире:
— Синьорина — настоящая красавица.
— Командор? — подняла брови девушка.
— Это комплимент. Уверен, вы к ним привыкли.
Или наоборот — стала отвыкать за время службы в дальнем гарнизоне, поскольку с развлечениями в Северном Кадаре было не густо. Не сказать чтобы Кира соскучилась по шумным светским мероприятиям, но на прием в честь «самого известного лингийца» девушка собиралась с особым чувством. Ей хотелось блеснуть, и ей это удалось, девушка знала, что тяжеловесный комплимент полностью заслужен — выглядела Кира потрясающе.
