Как думаешь, он будет визжать или орать, когда мы к его стебельку поднесём раскалённое лезвие? Хотя, может, для начала просто яйца пришпарим?
— Заткнулись оба, пока я вам яйца не пришпарил! — третий голос раздался откуда-то спереди. Из-за мешанины ярко-оранжевых клякс, плясавших перед глазами, у меня так и не получилось рассмотреть, того, кому он принадлежал. Послышались шаги. Чьи-то цепкие пальцы схватили меня за подбородок. Дёрнули голову вверх. Лица рассмотреть не получилось. Лишь расплывчатый тёмный силуэт лысой головы, загораживающий от меня свет факела.
Несколько секунд человек меня пристально рассматривал. Затем отошёл назад, снова спрятавшись за яркими оранжевыми кляксами света.
— Значит так, парень, — проговорил третий голос. В нём чувствовались уверенность, спокойствие и равнодушие, — У тебя есть ровно два варианта. Либо ты прямо сейчас выкладывашь нам, где прячутся твои дружки, и я дарую тебе быструю и лёгкую смерть. Или Ворт и Морт с тобой сейчас немного поиграют. Правда, боюсь, тебе это не очень понравится.
"
"— Каким хером я могу знать где они? — слова давались мне тяжело. Запёшкаяся на губах корка лопалась и вновь начинала сочиться сукровицей, — Если валяюсь в ваших застенках.
— Неверный ответ, — покачал головой человек, — Ворт, один удар, будь так добр.
— Всего один? — разочарованный голос палача донёсся откуда то сзади, — Да мы так неделю с ним возится будем, прежде чем что-нибудь выбьем. Давайте я ему лучше пятки прижгу. Вот тогда запоёт соловьём.
— Заткнись и выполняй, — оборвал его третий, — В прошлый раз я послушал твоего совета и засранец помер от боли прямо на пыточном столе, так ничего и не рассказав.
Теперь по моему будешь делать.
Послышался разочарованный вздох. Несколько мгновений тишины. Тяжелый гудящий свист, вспарывающий воздух. Обжигающая вспышка боли, растянувшаяся попереёк спины, заставившая меня вскрикнуть. Кожа от удара лопнула. Между лопаток потекло что-то липкое.
— Я повторяю вопрос. Где они? — голос говорившего понемногу тонул в волне боли, расползавшейся по всему телу.
Остатки сознания забились в угол черепа. Закрылись чем только могли, в надежде от неё спрятаться. Не получилось. Боль жгла. По телу то и дело пробегала дрожь. Пальцы скребли ржавчину кандалов, пытались вырваться.
— Я не… — в этот раз договорить я уже не успел. Послышался тяжелый свист. По телу прокатилась новая волна боли, отдавшаяся острой резью в отбитых почках. В голове зашумело. Мир перед глазами начал плыть и темнеть.
