Я не спрашивала, не обвиняла. Просто оглашала факт, желая увидеть его реакцию.
Малиновский остался невозмутим. Словно каждый день ходил и делал подобные тесты.
- Сделал, - спокойно откликнулся он.
- Зачем? Ты ведь был так уверен в своем отцовстве, - едко заметила я.
Он пристально посмотрел на меня, словно оценивал, заслуживаю ли я честного ответа с его стороны. Но наконец все же сказал:
- Я все знаю, Алина. О тебе и…
Он сделал паузу, позволяя мне домыслить. И от осознания того, что именно он не договорил, по коже пробежал мороз.
- Откуда? - сорвалось облачком пара с губ единственное слово и растворилось в морозном воздухе.
- А ты как думаешь?
Я была уверена, что Малиновский надо мной насмехается. Но когда нашла в себе смелость поднять на него глаза, обнаружила, что он всего лишь смотрит на меня - внимательно, изучающе…
Ответ на его вопрос возник в голове сам собой: Лавров. Они ведь были партнерами и, как мне казалось, даже друзьями. Я легко могла представить, как за чашкой кофе один похваляется перед другим своими любовными похождениями…
От этой картины по телу пробежала дрожь омерзения.
Я вгляделась в красивые черты лица человека напротив, пытаясь отыскать там то, что видела совсем недавно на лице босса - разочарование, осуждение… Но ничего этого не было. И этот факт меня подкупил.
- Так зачем ты пришел?
Он выпростал руки из карманов пальто и кивнул на пакеты в своих руках.
- Купил Маше кое-что в подарок… не знаю, что она любит, поэтому…
Эти слова напомнили мне о том, с чем теперь предстояло жить.
Малиновский - отец моей дочери. Господи, даже сейчас это казалось диким и немыслимым. Но он стоял передо мной, как живое напоминание о еще одной ошибке и от этого было никуда не деться.
С этим всем мне отныне предстояло жить.
- Что ж, идем, вручишь лично, - передернула я плечами, пытаясь не показать открыто, насколько нежеланно для меня его присутствие.
Маше нужен был отец. И это главное, о чем я сейчас думала.
Часть 9
- И представь себе! Мама его просто взяла - и выгнала! - в который раз пожаловалась на несправедливость судьбы Маша.
"
"Ее безмолвно слушал тюлененок Петя, который всегда внимал Машиным бедам с искренним участием. Вот и сейчас Машенька не удержалась - повторила историю своего самого большого разочарования в жизни.
А ведь все могло сложиться совсем не так, если бы эти взрослые были сговорчивее. Ну чем, скажите, маме так не угодил дядя Костя? Хотя, нет. Не дядя. Папа.
