Но сердце ее болезненно сжалось, когда Ханна осматривала красивые платья и кружевные шали, изящные туфельки и бесчисленные перчатки, чулки, шляпки, все, что полагается герцогиням. А где-то в самой глубине огромного гардероба прятались скромные платья, которые она привезла с собой из Мидлборо, привезла целую вечность назад.
Она выхватила наугад одно из вечерних платьев и стала нежно разглаживать мягкий шелк. Да, это было тщеславие в самом низменном его проявлении, однако Ханна полюбила носить роскошную одежду.
Ей нравилось ощущение шелка на коже – ей нравилось быть красивой. Она не выпускала из рук шелковое платье и вздыхала, припомнив, что именно оно было на ней в тот вечер, когда Маркус ее поцеловал. Ах, Боже правый…
Кто бы мог подумать, что они с герцогом окажутся родственными душами, несмотря на все то, что их разделяет. И кто бы мог подумать, что ее чувства к Эксетеру так переменятся.
От горестных размышлений у нее разболелась голова. Ханна переоделась ко сну. Надо надеяться, сон успокоит ее нервы и прогонит тоску.
Собрать вещи она успеет и завтра.
Она уже собиралась погасить лампу, когда раздался стук в дверь. Ханна пошла открыть и, к своему удивлению, увидела за дверью Селию.
– Что случилось?.. – начала было она, однако девушка проскользнула в комнату и закрыла за собой дверь.
– Маркус рассказал маме все, и она просила, чтобы он разрешил вам уехать, – зачастила Селия, сделав большие глаза. – Мама пытается добиться от него признания, что он вас любит – независимо от того, что там натворил Дэвид! Но Маркус никак не поддается – с ним такое не проходит.
Ханна, вы должны ему сказать!..
– Успокойтесь, – остановила Селию Ханна. – О чем это вы?
Селия набрала побольше воздуху в грудь.
– Маркус рассказал маме о том, что сделал Дэвид. Все, от начала до конца. Как сделал вид, что женился на вас, привез вас в Лондон и оставил, а потом написал брату, что нашел для него герцогиню! Мама очень рассердилась. Я боялась, что она пойдет наверх и отхлестает Дэвида собственными руками.
А потом…
– Откуда вы все это знаете? – перебила Селию Ханна. Оказывается, все еще хуже, чем она предполагала.
Девушка покачала головой.
– Подслушивала под дверью. Разве можно было удержаться? Ханна! Воображаю, что вы о нас думаете, ведь мы на вас так давили. А когда я подумаю…
– Селия! – Ханна стиснула руки девушки, пытаясь ее вразумить. – Это дело не ваше и не вашей матушки. Все произошло между… вашими братьями.
