– Я принесла вашей милости книгу, – сказала она, потом заметила вытянувшиеся лица сестер Отвелл и добавила оживленным тоном: – Ну, дамы, давайте же собираться!
Осень стояла нежная и мягкая, листва переливалась разноцветьем красок – золотая, рыжая, красная. Дороги были чисты и сухи. Небольшая свита Екатерины проделала путь в пятьдесят миль между Графтоном и Гримсторпом за два дня, на ночь воспользовавшись гостеприимством настоятеля монастыря в Питерборо."
"Вечером после ужина Екатерина отправилась в большую монастырскую церковь.
Внутри горела сотня свечей, но было пусто, и Екатерина наслаждалась этой краткой возможностью побыть наедине с собой. Она дошла по нефу до перекрестья, присела перед алтарем, потом повернула направо в трансепт и встала на колени в часовне Святого Освальда: его рука была одной из наиболее ценных реликвий аббатства. Екатерина с благоговением осмотрела ее, потом встала и двинулась по апсиде к прекрасной часовне Богородицы. Вернулась назад по северному приделу.
Проходя мимо алтаря, по левую руку, Екатерина остановилась, сама не зная почему. На нее вдруг снизошло ощущение великого покоя, как будто она вернулась домой и вознеслась на небывалые высоты счастья.
Екатерина не знала, что и подумать. Она впала бы в грех гордыни, если бы позволила себе возмечтать, что это святой Освальд или какой-то другой из древних святых Питерборо сподобил ее получить духовное откровение. Возможно, ей почудилось – ощущение длилось какие-то мгновения, и в таком святом месте легко вызвать в себе чувство благодати во Христе.
А может, это был знак, посланный, чтобы у нее хватило сил утешить Марию. Как бы там ни было, но именно об этом она молилась.
Гримсторп был старым замком с высокой башней, которую когда-то в прошлом переделали в удобное жилье. Ко всему здесь Мария успела приложить руку, следы этого были заметны повсюду – в том, как подобраны гобелены и резная мебель, как раскрашены потолочные балки, как выложен плиткой пол.
Екатерина ожидала застать Марию совершенно разбитой и намеревалась предложить ей поддержку и сочувствие.
Но обнаружила, что подруга держится стойко и с удивительным достоинством справляется со всеми печальными заботами, которые приносит с собой вдовство. Только сейчас Екатерина поняла, какой внутренней силой обладала Мария. С момента, когда они прильнули друг к другу в холле Гримсторпа, и до часа расставания три дня спустя Екатерина ни разу не видела Марию в слезах.
