Темные глаза Марии расширились.
– Это ужасно!
– А еще хуже то, что Элизабет только недавно родила, и говорит, что, когда пожаловалась графу, тот вытащил ее за волосы из постели и порезал ей кинжалом щеку. Он, разумеется, отрицает это, но ему никто не верит, и меньше всех я! Это отвратительный человек. Элизабет говорит, что он не блюдет ни заповеди Божьи, ни свою честь.
Мария оставила попытки есть и подлила себе вина.
– Не понимаю, что он нашел в этой Бесс Холланд! Она вроде бы его прачка?
Екатерина покачала головой:"
"– Это сплетни, на самом деле Бесс – родственница лорда Хасси.
Но как бы там ни было, а она порочная женщина.
Свечи оплывали, тени становились гуще, а женщины все говорили о старых друзьях и других придворных.
– Полагаю, кардинал все так же на коне? – произнесла Мария с почти невинным видом. Как и Екатерина, она ненавидела Уолси.
– Ну конечно.
– Досадно, что король позволяет ему так возноситься.
Екатерина замялась. Не стоит ей осуждать Генриха в разговорах с друзьями. Но они были не при дворе, и слушала ее только Мария – Мария, которой она могла доверять.
– Генрих все так же порабощен им. Иногда мне кажется, что он видит в нем отца.
– Кому, как не вашему высочеству, знать, что движет королем в его отношениях с кардиналом.
– Мне? Почему я должна это знать?
– Помните брата Диего? Вы относились к нему так, будто он святой. Мы все удивлялись его поступкам, некоторые даже высказывали свои сомнения, но вы ничего не слушали. Для вас он был совершенством, воплощением святости.
Может быть, таким же выглядит и кардинал в глазах короля.
– Воплощением святости? Я в этом сомневаюсь! – Екатерина усмехнулась. – Но в твоих словах, возможно, есть смысл. Я тогда была очень наивна и одинока. Нуждалась в духовном руководстве. Брат Диего дал мне его, но, думаю, он получил благодаря мне и свою выгоду.
– Уж это я точно знаю! – Мария улыбнулась.
На мгновение Екатерина опешила, но потом поняла, что Мария намекает на чрезмерное влияние монаха. Нет, она никогда не заговорит о той ночи.
Став старше и мудрее, Екатерина поняла: интерес к ней брата Диего был не чисто духовным и он сознательно пытался склонить ее к греху. С некоторыми другими ему, похоже, это удалось.
Ближе к ночи Мария приказала подать гиппокрас.
– Это особый случай, – сказала она. – Не каждый день ко мне заглядывает королева Англии!
– Что ты теперь будешь делать? – спросила Екатерина, когда кубок для нее был наполнен.
– Пока обдумываю возможности.
