Придерживаясь за стену, он опустился на свою лежанку и замер, все еще не веря, что жив, что снова будет слышать и видеть окружающий мир.
«Самое главное, – думал Сосновский, глядя на Свирида, – понять, что перед тобой не струсивший человек. Чувство опасности, трезвое, даже беспредельное мужество противника не так опасны, потому что поступки человека предсказуемы. А вот струсивший человек, дико струсивший, может совершить такой поступок, что тебе в здравом уме и трезвой памяти ни за что не придумать». И Сосновский присматривался к Свириду, к его помощникам.
Нельзя задавать вопросы и делать предложения, которые вызовут подозрения и страх. Испуганный человек, человек в панике опасен, а Михаилу нужно получить сведения. И расспрашивать их нельзя. Значит, надо выводить их на ответы косвенно.
– Мне нужно знать, в каком объеме и в какие места следует завезти оружие и боеприпасы. Решайте вы, мое дело согласовать этот вопрос с вами. Оружие, может быть, поступит уже через два дня. Поэтому не тяните с координатами.
Единственное условие: забирать его вы будете сами и переправлять на свои базы тоже. Работа должна быть сделана предельно быстро. Не хватало еще нам утечки информации. А уши и глаза имеют даже деревья в лесу. Вы меня понимаете?
– Да, – согласился Свирид. – Конечно, я вас понимаю. Места для складирования ящиков я укажу вам завтра. Это будут надежные и хорошо скрытые от посторонних глаз места.
«Отлично, – подумал Сосновский, разглядывая через стекло рюмки коньяк, которым его угощал Свирид.
– Хороший, между прочим, армянский коньяк. А ему ведь понравилось, что я не требую координат его баз, не делаю отметок на карте. Только вот Свириду не догадаться, что наши специалисты вычислят, где расположены их базы. Не за сто верст же от места, где немцы предполагают выгрузить оружие. Километров пять-десять до базы, иначе придется все эти подарки везти черт знает куда и на глазах у людей, местных жителей, а значит, предположительно, осведомителей советских партизан.
Ничего, мы догадаемся, где ваши базы, сообразим, где удобнее всего их расположить».
– Я хотел обсудить с вами, Свирид, еще один маленький вопрос. – Сосновский покрутил рюмку в руках и сделал маленький глоток. – Кстати, неплохой напиток. Он напоминает настоящий «арманьяк». А вы уж поверьте, я в подобного рода напитках понимаю толк.
Сосновский умышленно произнес эту не совсем правильную фразу. Он скрестил выражение «знаю толк» и «понимаю».
