Сейчас же решаю не накалять обстановку. Мне и без этого достаточно некомфортно в обществе Марка, чтобы еще провоцировать открытый конфликт.
Марк ныряет в салон первым, я усаживаюсь за ним, стараюсь пристроиться максимально дальше. Не нужно фантазировать. Побесится младший Лазарев. И успокоится. За ним, наверное, пол-Москвы бегает, найдет кем утешиться.
Уже в машине набираю Егора.
— Привет, — он не спит, — Из квартиры никуда не выходите, никого не пускайте. Ни дедушку, ни бабушку, ни отца. Слышишь меня?
— Думаешь, это поможет? — мой не по годам взрослый сын всё понимает.
— За квартирой присматривают. За вами тоже, — выдыхаю тяжелый воздух почти со свистом, — Просто я не знаю…
Заминка. Как же всё дошло до этого?
— Что можно ждать еще. И насколько жадность сильнее всего остального.
Егор молчит.
— Я понял. Никуда не пойдем. Никого не пустим. Не переживай. Ты сама где?
— Мне надо съездить по делам, — буквально вчера вечером мне удалось со скандалом договориться еще по поводу нескольких выходных.
— Ты, надеюсь, не одна?
— Нет, Егор.
Все нормально, правда… Пока, — обрываю разговор.
— Пока, — он тоже не хочет разговаривать.
Осознание реальности дается нам всем очень тяжело. Исключение составляет Арсений, потому что ему просто многое не рассказываем. И к счастью, многое находится вне интересов его возраста.
В машине воцаряется молчание. Я не хочу, чтобы Яша меня расспрашивал при Марке. Кроме того, в машине находится еще и водитель, с которым мы обменялись вежливыми приветствиями, когда я села в машину.
Дальнейшие беседы считаю лишними.
Монотонная езда отягчает мое состояние. Ловлю себя на том, что время от времени отключаюсь. Меня начинает болтать, от этого несколько раз просыпаюсь. Пока меня не фиксируют на мужском плече. Спать очень хочется. Сил проснуться и отодвинуться не нахожу. Тем более вот сейчас мне становится хорошо, все тревоги и заботы исчезают. И хочется просто отдохнуть, позволить себе эту передышку.
Тем не менее, уплывая в сон окончательно, слышу голос Абрамова.
— Не убивай меня взглядом, Марк. Мы с Наткой выросли вместе. Она мне как сестра, а я для нее больше закадычная подружка, чем особь мужского пола.
Капец. Они меня обсуждают, а я даже глаза открыть не могу, так меня тянет в сон.
— Да?! — раздается негромкий голос у меня над макушкой, — Дружбы между мужчиной и женщиной — не бывает.
— Не бывает, — соглашается Яков, — Только у нас не дружба. Мы — друг другу временами и мама, и папа, и брат, и сестра. И много чего еще.
