Глава 28
Наташа
Теперь, когда весь туман, в котором я блуждала, обнаружив правду о своем браке, рассеялся, я не хочу никаких контактов с Марком. Ясно, что он рассматривает меня, как сексуальный объект. Мужчины именно так и рассматривают женщин. Прежде всего их интересует, хотят ли они с этой женщиной секса. А потом уже всё остальное. Если остальное вообще начинает иметь для них значение. И он меня как самец очень привлекает. Иначе я бы не позволила ему всё и сразу. Но он моложе и может скакать беззаботным козликом. А я такой роскоши себе разрешить не могу.
И ехать с ним в одной машине не хочу. А тем более, если эта машина — его.
Однако мужчина, стоящий напротив, неожиданно меняется. Только что он напоминал мне веселого шалопая… А тут черты лица тяжелеют, взгляд становится давящим, фигура — напряженной.
— Прекрати, — роняет всего одно слово. И вот уже я себе кажусь нелепой девочкой в его присутствии.
— Ты сейчас собираешься повести себя, как истеричная дура, чтобы мне что-то доказать. Не надо, — как ведро холодной воды вылил на голову, ей-богу!
Теперь уже он демонстрирует нежелание общаться.
Я себя и чувствую именно истеричной дурой, потому что невероятным усилием воли гашу в себе совершенно иррациональный порыв — сбежать. Надо вспомнить, что я — взрослая. Мне нужно добраться до Москвы и с помощью Яши получить копию заключения почерковедческой экспертизы, вернуться обратно и, пока Макар будет почивать на лаврах после устранения моего адвоката, добиться проведения завтра судебного заседания, которое решит исход процесса.
Абрамов возвращается, окидывает нас нечитаемым взглядом и командует.
— Поехали, — иду за мужчинами к автомобилю, поеживаясь. Еще очень рано и на улице прохладно, ощущается приближающийся сентябрь. Вчера, узнав, в какую больницу отвезли Савицкого, я ни о чем не могла думать. Запрыгнула в такси, как была. И всё это время провела в больнице.
Яков замечает, что мерзну, набрасывает мне на плечи свою ветровку. Марк наблюдает за нами, я постоянно чувствую его взгляд. Но оказывается, он может себя вести совсем иначе, чем в наши прошлые встречи.
Передо мной словно другой человек — закрытый, властный, привыкший командовать, а главное, всем своим обликом демонстрирующий, что не потерпит неподчинения. И я уже корю себя за слабость. Мне бы не хотелось разбираться еще и с Лазаревым. Мне одного Макара достаточно."
"Яшка, ни слова ни говоря, садится на переднее пассажирское сиденье. Будь это в начале нашего разговора с Марком, я бы возмутилась.
