Собираюсь вернуться назад к бабушке, но дядя останавливает меня:
— Погоди, присядь, — указывая тростью на свободный стул, велит он.
Я нервно сажусь на стул. От напряжения начинает ныть позвоночник. Нутром чувствую, что сейчас последует что-то явно нехорошее. Воцаряется тишина, слышен только треск дров в печи и кудахтанье курицы где-то во дворе.
— Незадолго до смерти Мураза, мы говорили с ним, — словно уходя в воспоминания, начинает дядя. — Он был очень бодр и счастлив. Сообщил, что скоро состоится свадьба дочери. Уверял, что отдаёт её в надёжные руки.
Дядя делает паузу, уходит в свои мысли, затем переводит взгляд на Адэма.
— Сынок, Адэм, он ценил тебя, как сына. Не будь это так, не доверил бы тебе дочь.
Его слова оглушают меня, словно хлопок взорвавшейся взрывчатки. Я метаю взгляд в Адэма, встречаюсь с его глазами. Меня бьёт, словно молнией. Ощущение, что я ослепла, и вместо лица мужчины, лишь мерцающие точки.
— Жаль, что он не успел отыграть вашу свадьбу, — продолжает дядя. — Мураз был очень дорог мне.
Я хочу исполнить то, что он не успел. Камилла, дочка, ты слишком задержалась в наших краях. Братья говорят, что приехали за тобой, и я согласен с ними, что тебе пора возвращаться домой.
Меня укачивает, хотя я сижу, не шевелясь и не дыша. Стараюсь унять нарастающую боль в груди.
«Не паниковать, не паниковать!» — даю себе установку.
Подняв голову, устремляю взгляд на Демира, потом на остальных братьев. Но никто из них не замечает моей мольбы в глазах. Они слушают дядю, который продолжает:"
"— Мы должны устроить, подобающую памяти Мураза, свадьбу.
Камилла ваша единственная сестра, вы обязаны позаботиться обо всём, нет смысла тянуть. Надо сыграть свадьбу детям. Я поеду с вами. Хочу присутствовать на бракосочетании, раз брат сам не успел стать свидетелем этого дня.
Чем больше он говорит, тем сильнее набирает обороты буря внутри меня. Какая к чёрту свадьба? Выйти замуж за Адама, за человека, который повинен в смерти отца? Это его слова загнали папу в гроб. Не скажи он тогда эти гадости про меня, у папы бы не случился сердечный удар.
— Дядя, — поборов ком в горле и, ещё точно не зная что собираюсь сказать, начинаю я.
Все слова и предложения словно вылетели из головы. Мозг поплыл, и я стараюсь установить с ними связь, попутно контролируя вентиляцию в легких. Моргаю и уверяю себя, что должна сосредоточится, чтобы остановить это безумие.
— Дядя, все обстоит иначе, чем ты думаешь…
— Дядя, Мазахир, — не дав мне продолжить, вмешивается Рафаэль.
