Племянник конунга оказался прав: она должна делать хоть что-то. Все лучше, чем сидеть в углу сложа руки да дрожать, когда зуб на зуб уже не попадал от страха. И потому раз за разом она склонялась над палубой, черпала воду, разгибала спину и выплескивала полный котел в море.
Руки давно занемели. Одежда промокла до последней нитки. Яромира не чувствовала ни холода, ни ветра. Она и собственных ладоней не чувствовала и где-то на кромке сознания дивилась, как она до сих пор в силах удерживать котел. Плащ давно потерялся где-то на палубе, а шерстяное платье, потяжелев от воды, тянуло вниз.
Не замечая ничего вокруг, Яромира черпала и черпала воду. А штор, меж тем, постепенно сходил на убыль. Первым стих ветер. Затем — ливень. Его косые струи уже не хлестали лица и руки подобно тонким веткам; вскоре он и вовсе сменился мелким, накрапывавшим дождем. Отгрохотали и ушли к горизонту черные тучи, и вспышки молнии перестали разрезать небо. Затих и свист, и плеск, и крики.
Установилась такая тишина, которая бывает лишь после бури.
Волны уже не били, а с мягким шипением ласкали борта удержавшегося на плаву драккара.
— Ярлфрид?.. — надсаженный голос позвал ее, и княжна словно очнулась от ведовского наваждения.
Она выпрямилась, и руки безвольно, бессильно рухнули вдоль тела. Занемевшие, скрюченные пальцы разжались сами по себе, и котелок упал на палубу, покатившись прямо под ноги конунга.
Слабость разом заполнила ее от макушки до пяток. Яромира хотела открыть рот, хотела заговорить.
Она попыталась сложить губы, которых не чувствовала, в улыбку, но получилась лишь жалкая гримаса. Она сделала шаг, и ее глаза закатились, и она без сил рухнула прямо в руки вовремя подоспевшего мужчины.
Кметь с косой V"
"Едва ли не пропахав носом чуть мерзлую землю, Вячко так и остался на ней валяться. Он перевернулся на спину и увидел над собой стоящую с протянутой рукой Чеславу. Он крепко ухватился за запястье, и воительница одним рывком вздернула его на ноги.
Еще и оглядела озабоченно: не хватила ли она лишку, упражняясь с ним на мечах.
Но кметь сверкнул довольной улыбкой, и у нее малость отлегло от сердца.
— Одолела, одолела! — закутанная по самый нос в платок Даринка захлопала в ладоши, нетерпеливо подпрыгивая на пеньке, что стоял на заднем дворе избы.
Минула седмица, как они вернулись в терем после веча. Чеслава не ожидала, но жизнь устаканилась быстро. Она забрала к себе Даринку.
