Касаюсь кончиком пальца его носика, и Кирюша надувает губки, вызывая в моей груди тихий смех.
Потом он выворачивается и, неловко соскользнув на пол, торопливо убегает в противоположный конец комнаты.
Покачав головой, заваливаюсь на диван и пытаюсь собрать себя в одно целое, когда реальность обрушивается на меня с новой силой.
Багиров здесь.
Надолго?
И зачем?
Как сложилась его жизнь?
Женился ли он? Или, может быть, так и использует глупых девчонок вроде меня?!
Черт. Нет. Я не буду об этом думать.
Но в голове, как назло, слышу его вопрос:
Я хочу увидеть тебя еще раз. Где и когда мы можем нормально поговорить?
Зачем ему это? Ведь он вряд ли приехал сюда за тем, чтобы найти меня и поговорить спустя несколько лет.
И что делать мне? Должна ли я ему рассказать, какие после той ночи остались последствия? Должна ли рассказать, что у него есть сын?
Голова пухнет от кучи вопросов, на которые у меня нет ответов.
Но главный из них: действительно ли я не хочу еще одной встречи с ним?
В клубе я отказала ему не задумываясь.
Но сейчас, положа руку на беспокойное сердце, понимаю, что мой ответ имеет погрешность размером с океан.
Ведь если бы мне было плевать на этого человека, я бы не сходила с ума, каждый раз замечая сходство Кира с его отцом.
Что ж. Я подошла к своему самому любимому вопросу.
Как бы все обернулось, прости я его тогда?
В груди давит от воспоминаний о нашей встрече почти трехлетней давности.
— Не гони, Алис. Мне хуево пиздец.
— Я все объясню…
— Успокойся.
Я уйду. Только дай мне сказать…
Я прикрываю глаза и медленно выдыхаю. В горле образуется ком и причиняет боль. А потом эмоции разбегаются по углам, как трусливые зайцы, от громкого входящего звонка.
Сынок тоже реагирует и бежит к моему телефону, добирается до него и начинает шлепать по экрану ладонями.
— Кирюша, дай мне, пожалуйста, телефон.
Он поворачивает голову в мою сторону, затем хватает смартфон и с шаловливой улыбкой шлепает босиком ко мне, издавая озорные звуки.
Я забираю телефон прежде, чем Кирюша успевает запихнуть его себе в рот.
А когда вижу на экране имя «Горгона», внутри все леденеет.
Я быстро сажусь и, нервно зачесав пальцами волосы назад, отвечаю со всей любезностью:
— Да, Жанна Александровна.
— Тебя ждет Владимир Викторович, — в ее тоне не то что нет намека на любезность, я слышу в нем отвращение.
Прочищаю горло
— С-сейчас?
На другом конце раздается раздраженный вздох.
