Я ломаю голову над тем, что ещё я могла бы сказать в таком пьяном состоянии. Это катастрофа, что я упомянула о том, что оставила свою семью. А если я также раскрыла их личности...
Нет, я не думаю, что я это сделала.
Однако было много истерики и проклятий, что усугубило мою головную боль.
Я дотрагиваюсь до своего лба и замираю, когда вспоминаю губы Кирилла на нем прошлой ночью, прежде чем он пробормотал:
«Ты можешь ненавидеть меня сколько угодно, проклинать, бить и вымещать на мне все свои эмоции, но тебе не позволено покидать меня.
»
Я думаю, это было примерно в то время, когда я наконец заснула.
Мой взгляд возвращается к часам. Одиннадцать утра.
Бля.
Раздаётся тихий стук в дверь, и я замираю. Если это Кирилл, я не знаю, как, черт возьми, я буду с ним разговаривать. Мне сложно думать, что он считает, что все это нормально. Как он может думать, что он может иметь лучшее из обоих миров, и я буду в порядке с этим?
Я втайне всегда гордилась тем, что он никогда не смотрел ни на одну другую женщину так, как смотрел на меня.
Черт возьми, он никогда даже не смотрел на других женщин, я была единственным объектом его желания.
Я даже была очарована тем, как он не мог насытиться мной. И то, как он приложил усилия и заставил меня почувствовать, что дело было не только в сексе.
Но сейчас, он не только нашёл себе другую женщину, но и собирается на ней жениться.
Стук раздаётся снова, и я облегчённо вздыхаю. Это не может быть Кирилл. Он не стучит.
Анна входит внутрь, держа в руках поднос, и останавливается, когда видит моё состояние. Я неуклюже встаю и морщусь, когда боль взрывается в висках.
Она поспешно ставит поднос на тумбочку и усаживает меня обратно.
— Не торопись, — говорит она мягким голосом. — Ты в порядке?
Я киваю.
— Кирилл сказал, что ты неважно себя чувствуешь и тебе не помешал бы завтрак, — она указывает на поднос, который принесла. Еда на нем, похожа на ту, что она готовит для Кирилла.
Анна потеплела ко мне после того, как узнала, что я спасла его в России, и во время инцидента с поставкой от Хуана.
Я думаю, что получила её одобрение за то, что смогла защитить Кирилла. И для чего?
Я посвятила ему свою жизнь, но в ответ он показал мне средний палец.
— Спасибо, но я не голоден.
— Чепуха. Посмотри на своё истощённое лицо, — она подносит мне чашу с чем-то похожим на бульон. — Вот, возьми это. Это поможет справиться с похмельем.
