— Твой любовник в России? Ты используешь этот шанс, чтобы воссоединиться с ним?
— А что, если это так? Что, если я, черт возьми, так и сделаю! — она толкает меня так сильно, что ей действительно удаётся заставить меня ослабить хватку, затем она высвобождается и опрокидывает меня на спину.
Я позволяю ей оседлать меня, слезы застилают её глаза, но у неё выражение лица воина.
— У тебя есть чёртова невеста, так что ты не имеешь никакого грёбаного права говорить со мной о любовнике или сотне их. Пошёл ты, Кирилл! Пошёл ты! Пошёл ты!
Её слезы капают мне на щеку, на нос, и я ощущаю их вкус на губах.
Мои пальцы впиваются в её рубашку.
— Ты никогда не бросишь меня, Саша. Никогда.
А потом я тяну её вниз и прижимаю её рот к своему. Она пытается сопротивляться, но я переворачиваю нас так, что я сверху, а она подо мной.
Я целую её, и она целует меня в ответ, но вскоре прикусывает мою нижнюю губу, а затем борется со мной так, что снова оказывается сверху. Во рту появляется металлический привкус, и я не уверен, её это кровь или моя.
Оказывается, обоих.
Когда она отстраняется, её губы окровавлены, глаза полны слез, а лицо представляет собой карту разрушения.
— Ты никогда не удержишь меня, придурок. Ты сделал свой выбор, и я делаю свой, — она хватает меня за рубашку, а затем бьёт кулаком по лицу. — Пошёл ты!
А потом она отталкивает меня и бежит к двери.
Мои губы растягиваются в ухмылке. Неужели она думает, что может бросить меня?
Должно быть, она недооценила то, что я на самом деле имел в виду под словом никогда.
Никогда не будет дня, когда Саша перестанет быть моей.
23 Глава
Саша
Я медленно открываю глаза, и сильная головная боль распространяется от висков ко лбу.
Жжение вспыхивает в нижней губе и тело ощущается как тяжёлый кирпич.
Я приподнимаюсь на локтях и стону, когда к горлу подкатывает тошнота. Черт возьми.
Я обычно не пью, так какого черта я выпила так много алкоголя...?
Воспоминания о вчерашнем дне ударили меня в мой и без того поджаренный мозг.
Вечеринка, помолвка, то… как Кирилл так легко сказал, что это нормально, что у него есть Кристина и я.
Я кусала и била его и была полна решимости уйти, но затем, сделав несколько шагов, я упала в обморок возле его кровати из-за количества алкоголя, которое я выпила натощак.
Должно быть, он перенёс меня сюда, поскольку только так я могла оказаться в его постели.
Я смотрю на себя и облегчённо вздыхаю, когда обнаруживаю, что моя мятая рубашка и даже бинты на груди нетронуты.
