Моя гордость смертельно ранена, внешне я в ярости.
— Думаю, к концу я возненавижу тебя, — ядовито выплевываю я.
— Снова ты об этом. Эмоции, — насмехается он.
Я сердито гляжу на него. Боже, я никогда не встречала такого мужчину, который бы вызывал у меня такое бешенство. Я хочу, расцарапать ногтями его наглую самодовольную рожу, и добавить еще один шрам к тому, что уже есть.
Совершенно спокойно он хватает мою блузку и разрывает. Пуговицы летят во все стороны.
— Какого хрена ты делаешь? — со злостью протестую я, автоматически прикрывая грудь руками, несмотря на то, что он уже видел мою голую грудь.
— Когда я рядом с тобой, мне всегда хочется сделать одно… изнасиловать тебя.
— Что, великому Зейну необходимо применять силу, принуждая женщину? — поддразниваю я его.
Его глаза поблескивают, кажется смешинками.
— Думаю, мы оба знаем, что тебя не нужно принуждать.
— Я согласилась добровольно, но теперь я передумала. Ты холодная бесчувственная скотина. Я не знаю, что я вообще в тебе нашла.
Я больше не желают в этом участвовать. Вот так.
Он смеется, звук какой-то жесткий, совсем отличается от предыдущего его смеха.
— Похоть и страсть, фонтанируют и бьют через край, американская лиса. Ты не можешь просто так от этого отказаться.
— Ну, так я только что сделала это, — холодно говорю ему.
Он злобно улыбается.
— Тогда ты не будешь возражать, если я проведу эксперимент?
Я подозрительно смотрю на него.
— Что ты собираешься делать?
— Если ты не потеряешь голову в течение двух минут, то сможешь уйти из этого дома и никогда не возвращаться.
Я от удивления широко раскрываю глаза.
— Что?
— Ты слышала, — рычит он.
Две минуты. Я смогу продержаться две минуты, я не в таком отчаянном положении. Предупрежден значит вооружен. Я смогу сделать так же, как и он. Неважно, что я внутри чувствую, я останусь холодной и без чувственной. Бросаю взгляд на часы.
— Время пошло.
Он смотрит на свои часы.
— Не то чтобы я не доверял тебе. Но все же…
— Конечно, нет, — с кислой миной говорю я.
— Мое время, — говорит он.
Я выдавливаю:
— Так же, как и мое.
Вальяжно он расстегивает застежку спереди на моем бюстгальтере. Грудь тут же вырывается наружу, и к сожалению, мои соски уже стоят. Я делаю глубокий вдох и украдкой смотрю на часы — прошло семь секунд. Он берет грудь в руки и аккуратно начинает мять.
Я натянуто улыбаюсь, а он самодовольно смеется."
"Случайно, мой взгляд опускается на запястье. Двадцать секунд.
