Я жду секунду, потом десять… двадцать, и ничего!
Что за чертовщина?
Никакого румянца?
С каких это пор Аспен Райдер не краснеет, когда я прикасаюсь к ней, случайно или нет? Черт, да у нее щеки должны были загореться от такого подмигивания. Что-то определенно происходит.
Она наверняка кого-то встретила, и, несмотря на то, что мы с Остином считаем, что она чертовски хороша для любого мужчины на этой земле, я должен каким-то образом убедить себя, что это хорошо. Может быть, если она, наконец, пойдет дальше и найдет то, что ищет, мне не придется постоянно задаваться вопросом, не посылаю ли я неправильные сигналы.
Наконец-то между нами может быть все просто.
— Как дела в твоих клубах? — спрашивает Марк с другого конца стола.
Я перевожу взгляд на Марка, мне нужна минутка, чтобы повторить его реплику в голове, чтобы понять, о чем он спрашивает, пока я пытаюсь не думать о перспективе того, что его дочь трахается с каким-то случайным мудаком.
— Хорошо, — говорю я ему. — Я был в «Скандале» почти всю ночь, изучая предложение по новому клубу.
— Что? — Аспен выдыхает, ее взгляд встречается с моим, и она смотрит на меня, разинув рот. — Еще один? Разве мы не были на торжественном открытии «Скандала» всего… восемь месяцев назад?
Я киваю, гордость бурлит в моей груди. Мои ночные клубы — “Пульс”, “Вишня” и “Скандал” — мои гребаные детища.
— Именно так.
— Вау. Это действительно впечатляет, — говорит Анджелла. — Ты, должно быть, действительно делаешь себе имя в индустрии. Не успеешь оглянуться, как у тебя появятся клубы в каждом штате, и твое имя будут восхвалять пьяные студенты колледжей по всей стране.
Ухмылка растягивает мои губы.
— Таков план.
— Правда? — спрашивает Аспен, и в ее глазах вспыхивает благоговейный трепет. — Ты действительно хочешь расшириться по всей стране?
— Да. По крайней мере, такова долгосрочная цель. В краткосрочной перспективе я просто хочу довести работу своих нынешних клубов до такой степени, чтобы мне не нужно было заботиться о повседневной ерунде.
После этого я смогу сосредоточиться на развитие.
Остин усмехается рядом со мной, толкая меня локтем в ребра.
— Ты говоришь, как твой отец.
— Это плохо?
— Нет. Я просто хотел бы, чтобы с годами мне передалась часть твоего делового чутья, — говорит он. — На этой неделе оно бы мне пригодилось.
Мои брови хмурятся, мне нужно знать, о чем, черт возьми, он говорит, но Марк опережает меня.
— Что происходит? Я думал, что с новым рестораном все идет хорошо.
