– Тошнит? – немедленно отреагировала Кло.
– Я себя неважно чувствую, – отозвалась, принимая из рук Влада стакан с водой.
– Чего и следовало ожидать! – со злорадным торжеством заявила обвинительница.
– Чего стоило ожидать? Тетя Клотильда, вы говорите загадками, – с раздражением отозвалась я.
– Как правило, покои со смежной дверью способствуют появлению детей.
– Серьезно? А я полагал, что дверь между спальнями как раз появлению детей не способствует, – вдруг со злостью громыхнул Влад.
И от того что он, никогда не повышавший голоса и неизменно говоривший с вкрадчивой иронией, отбрил хамоватую тетку, семья единодушно опешила.
– Извините, – он с раздражением швырнул на стол салфетку, – но сегодня я просто не в состоянии изображать любезность. Желаю всем хорошего аппетита.
Неожиданно я почувствовала приближение паники из-за его ухода. Обычно мне казалось, что я была тигром, запущенным в клетку с кроликами, но новость, что человек, баловавший меня в детстве, нанял убийцу, меня саму превратила в кролика. Стоило мне попытаться встать следом, как Влад положил руки мне на плечи и мягко вернул на место.
– Тебе надо поесть.
В растерянности мы проследили, как он вышел из столовой.
– Какие мы нежные, – фыркнула Кло, но вернуться к трапезе уже не смогла – со звоном бухнула вилку на стол и прошипела: – Весь аппетит испортил, паршивец. Петунья, принеси мне успокоительных капель!
– Конечно, нима Клотильда, – подпрыгнула та и торопливо направилась к серванту.
В воздухе разлился резкий запах валерьяновой настойки, и единственный проглоченный мной кусок подступил к самому горлу.
– Прошу прощения, но сегодня я тоже не в настроении изображать из нас счастливую семью. – Поднявшись из-за стола, в гробовой тишине я вышла в холл, закрыла дверь и опрометью бросилась на улицу.
Кажется, прийти в себя мне удалось, только оказавшись на парковой аллее, где слуги отчего-то забыли зажечь огни, несмотря на стремительное наступление созревшей под деревьями и в траве темноты.
Почему мои воспоминания были так мало созвучны с уродливой реальностью? Это сбивало с толку, выводило из себя и не позволяло трезво смотреть на вещи.
Вдруг по засыпанной щебенкой дорожке зашелестели тяжелые шаги. Я резко обернулась, ко мне в резких сумерках приближался Уилборт.
– Ужин закончился, – объявил он, проходя мимо, и вдруг оглянулся. – Я придумал одну забавную безделицу и хочу продемонстрировать ее на следующем собрании общества.
– Поздравляю. – Рядом с ним меня охватывала нервическая дрожь.
