Уилборта посадят в каземат…"
"– В каземат? – перебила я, и от одной мысли, что старый пьянчуга попадает в крошечную влажную камеру со стенами, покрытыми черной плесенью, у меня усилилась тошнота. – Я тебя умоляю, Кастан, о каком каземате может идти речь, когда мы говорим об Уилборте? О человеке, который объяснял мне, чем виски отличается от коньяка, и тайком от отца забирал из пансионата для благородных девиц?
Судебный заступник поменялся в лице.
– Тебе удалось что-нибудь вспомнить?
– Просто сделай вид, что ты ничего не слышал об Уилборте.
Мне надо подумать, как поступить. Если дядьку повесят, как я смогу с этим жить?
– Как скажешь. – Кастан сжал мои плечи. – Не броди под дождем и возвращайся в карету, мы тут закончим и придем.
Уже на выходе я оглянулась. Нас со Стоммой разделила решетка с толстыми прутьями.
– Я передумала, не спасай Генри. Он должен отправиться на рудники. Не позволяй ему выйти невиновным из дверей Мирового суда.
Мы оба понимали, что я просила Кастана рискнуть реноме, ведь с тех пор, как мы вместе пили за упокой заблудшей души висельника, судебный заступник Стомма не проиграл ни одного дела.
– Хорошо, – не раздумывая ни мгновения, согласился он. – Я сделаю, как ты хочешь.
Не обращая внимания на дождь, я добрела до кареты, забралась внутрь и обнаружила, что Собака все-таки стянула кожаной намордник. Салон не пятнали следы грязных псиных лап, зато он был усеянным ошметками кожанных сидений, сгрызенных питбулем до деревянного основания.
* * *
В особняке ничего не изменилось, и ужин проходил в атмосфере всеобщей неприязни.
Кло ехидничала, Эрик огрызался, Ева не поднимала взгляда от тарелки, но если вдруг решалась посмотреть куда-то дальше рогатого канделябра с кристаллами в виде свечей, то неизменно это был Влад, который не замечал или делал вид, будто не замечал тайной слежки. А я исподтишка наблюдала за Уилбортом и пыталась смирить гнев. Дядька выглядел, как обычно, неряшливым и неаккуратным, ронял еду на штаны, капал соусом на лацканы пиджака, часто подливал вина.
Он пил жадно, большими глотками. В моих воспоминаниях он выглядел по-другому, сейчас он потерял меру.
Почему он хотел убить меня? В этом не было никакого смысла.
Вдруг Влад осторожно сжал мой локоть, стараясь привлечь внимание.
– А? – вздрогнула я.
– Поешь, – тихо произнес и кивнул на нетронутую тарелку.
– Ладно. – Я положила в рот кусок еды, тщательно разжевала, даже не понимая, что именно ем, но все равно подавилась, и кусок встал поперек горла.
