Где-то в глубине этого тела, еще несколько дней назад живого, горячего, сильного, уже началось тление, и я не хочу думать о том, что случится с ним там, под землей. И не споет больше Витька, перебирая струны гитары длинными пальцами, не посмотрит задумчиво и зазывно, так, как только он умел, не… Ничего больше не будет. И у меня так от этого тяжело на душе, так жаль Витьку, что слезы льются сами, застывая на щеках. Мне жаль его, он не заслужил такой смерти. Не заслужил лежать вот так.
Когда найдут того, кто это сделал с ним… Нет, стоп! Когда
янайду того, кто это сделал, то… – слышишь, Вить? – превращу в кромешный ад жизнь нашего с тобой общего врага, а смерть его будет долгой и мучительной.
Обещаю тебе здесь и сейчас, а ты же помнишь, если уж я пообещала, то выполню. Я клянусь уничтожить нашего врага в память о том, что было между нами, в память о том уважении, с которым ты всегда ко мне относился."
"Музыканты рок-группы наладили инструменты. Я знаю их всех, мы вместе будоражили микрорайон и окрестности – когда-то.
Романтики хватало. Но что осталось от нее, от той былой романтики? Во мне-то ничего, а вот парни так и не повзрослели. И теперь они споют для Витьки в последний раз. Это разумно и так похоже на нас прежних – никаких мещанских траурных маршей, ничего тривиального, кроме смерти. Славка Левицкий поет «Only you». У него такой же голос, как у покойного Элвиса, словно это король рока возродился и снова нагрешил, вот его и отправили сюда карму отрабатывать. Думаю, у нас тут – чистилище.
Такие граждане, как, например, Сталин или моя бывшая свекровь, те уж точно возрождаются где-нибудь в джунглях в роли обезьян. Это Ад. Кто нагрешил более-менее приемлемо – те уж сюда, к нам. Ну а кто совсем праведно жил, наверное, отправляются в Монако или в Швейцарию, не знаю в виде кого.
– Рита, посмотри на присутствующих. – Панков сжимает мою ладонь. – Никто не кажется тебе странным или нетипичным в этой толпе?
– Да, сейчас, погоди… Нет, ну ничего святого у человека!
– Возьми платок.
Вытри слезы, застынешь.
Если он не перестанет меня дергать, здесь будет еще один труп. Я так не хотела сюда идти… А теперь замерзла, расстроилась, но он еще заставляет меня рассматривать толпу. Собственно, я многих здесь знаю. Да почти всех. Вот парни из Витькиной рок-группы: Славка, Андрей, Олег и Рустам. Я с ними знакома столько же, сколько и с Борецким. И с ними все ясно. Ни один из них не способен на насилие. По крайней мере, на такое.
