Пытаюсь пошевелиться, но рука Давида машинально прижимает меня крепче к себе, и он бормочет сквозь сон: «Люблю…».
Эти слова полощут, как нож по сердцу. Семь лет назад, когда с нами не случился тот кошмар, так начиналось каждое мое утро: со слов признания в любви, жарких объятий и поцелуев.
Не выдерживаю и кончиками пальцев провожу по руке Давида, что обнимает меня, как самое главное сокровище. Осторожно, чтобы не разбудить, поворачиваюсь в его объятиях и осторожно касаюсь скул, глаз, губ, убираю упавшую челку. Хочу на тактильном уровне запомнить каждую черточку этого мужчины.
Поддавшись непонятному порыву, в легко, почти невесомо целую Хакимова и выпутываюсь из его объятий.
Также на уровне воспоминаний, совершенно не задумываясь о своих действиях, подхватываю его рубашку, которую он, скорее всего, скинул, когда я уже спала, и иду в душ.
Быстренько сполоснувшись, подсушиваю волосы и, лукаво улыбнувшись самой себе в зеркало, надеваю рубашку Давида на голое влажное тело. Он всегда любил, когда я ходила так по дому.
Но еще больше любил их с меня снимать.
Прохожу на кухню и, напевая под нос песенку, подхожу к холодильнику и достаю ингредиенты для блинчиков. Давид всегда любил их с медом на завтрак к кофе. А во мне сейчас бурлит желание его порадовать.
На середине процесса слышу приглушенную вибрацию телефона. Спешу в комнату, чтобы успеть раньше, чем проснется Давид. Пусть отдыхает, по нему видно, что он тоже устал: как физически, так и морально.
Но вибрирует не мой телефон, а Хакимова где-то в кармане его брюк.
Сомневаясь буквально несколько секунд, все же лезу за ним, чтобы отключить звук. Думаю, что ничего не случится, если дела подождут пару часов."
"На экране ярко светится «Лена». Долго смотрю на имя, стоя посреди комнаты, как изваяние. Электронные буквы царапают мне сердце, срывая с него щеколду и выпуская наружу черное и гадкое чувство.
Ревность.
Да, я ревную Давида, не стоит врать самой себе. Ревную не своего мужчину, хотя не имею на это никаких прав. Их, наверно, имеет Лена.
Поэтому она звонит ему на рассвете: выяснить, где ночует ее мужчина.
Вдохнув и выдохнув, огромными усилиями воли выталкиваю из головы все темные мысли. Мы давно чужие друг другу. У него явно за эти семь лет была своя жизнь. Были женщины. Да, в данный момент он со мной, в моей постели, этим и надо довольствоваться.
Все же отключаю звук и кладу мобильный на прикроватную тумбочку экраном вниз. Прихватываю свой на всякий случай, чтобы и он не разбудил Давида.
