И после хлопнула дверью, заявив: «Женись на себе сам».
Действительно, детка, мои счета бы сами себя оплатили после твоего «хочешь, я извинюсь».
Нет, это не мелочность. Это жадность. Если расшвыриваться деньгами во все стороны — в списке Форбс так никогда и не появишься. А я лелею такие амбиции.
Пауза затягивается. Я никуда не спешу. Мне больше интересно, куда там запропал Юрий. Хотя пока припаркуется, пока покурит и соберется с мыслями.
— Мне жаль, я вспылила, — спустя несколько минут наконец созревает моя собеседница, — но боже, кто заказывал эти чертовы цветы? Твоя секретарша? Так уволь ее, и дело с концом! Если бы не она…
— Это я оформил заказ, — срезаю Лану на лету, — я решил, что тюльпаны выразительнее лично для меня.
Кого будем увольнять в этом случае?
Моя псевдо-невеста негодующе булькает, но… Эту дискуссию ей не вытянуть.
— Ну, я же не знала, — Лана добавляет в голос плаксивости. Вот и на кой?
Я спускал её истерики на ровном месте, но всегда игнорировал попытки манипуляций. Даже увольнения, которые совершались якобы из-за провинности моего сотрудника перед Ланой, были взвешенными и выверенными.
Просто «провинность» становилась «последней каплей». Я всего лишь пользовался удачной возможностью донести до Цветочка, насколько мне «дорога» моя девушка, чтобы, когда придет черед её косяка, она не вздумала взбрыкнуть.
Хорошо бы и дальше моя симфония играла четко по тем нотам, что я для неё написал."
"— Давай я проговорю прямо и быстро, чтоб ты точно уяснила все, что я тебе скажу, — я поднимаюсь на ноги, чтобы встретить Городецкого раньше, чем его проводят в мой кабинет, — я не собираюсь менять своих планов.
Моя невеста объявлена, и я намеревался жениться на ней и только на ней. Между нами все кончено, можешь удалять мой номер из списка контактов.
— Что-о-о? — Лана задыхается яростью. — Ты… Ты шутишь? Это одна из твоих шуточек?
— Правда жизни, дорогая, — ухмыляюсь я, — я пытался отвлечься на тебя, но ты для этого оказалась совершенно бесполезна. После ты только помогла мне в моей игре, больше я тебя не задерживаю.
Все свое я уже получил, мои подарки можешь оставить себе как гонорар за твои бесценные услуги.
После этого телефон от уха приходится отодвинуть — волной дерьма, полившейся из ротика Ланы, могло затопить маленький провинциальный городок или три близко расположившихся деревни.
— Что ж, теперь мы все друг про друга знаем, — насмешливо комментирую я, когда Лана берет паузу на перевести дыхание, — ты — не моя Барби, я не твой Кен.
