А вот и Мила и Оля — однокурсницы из университета, в котором я по настоянию Влада недавно восстановилась. По забавному стечению обстоятельств — мои сверстницы. Вчера чуть не передрались из-за того, кто первой будет ловить букет невесты сегодня."
"Тетя Рая сидит в первых рядах, умиленно протирает глаза платочком, глядя на меня. Рядом с ней — Викки и Яр, ставшие такими родными за эти полгода реабилитации Влада. На губах Викки — понимающая улыбка. С полчаса назад именно она застукала меня в комнате невесты с пакетиком, в который я дышала, от внезапной панической атаки из-за большого количества людей.
Она через это прошла пару месяцев назад — когда официально вновь вышла замуж за Яра. Она еще ерепенилась! Хватало же характера.
В углу зала Карим Давидович — мой уже состоявшийся свекр. Я до последнего ожидала, что он что-нибудь вычудит, снова попытается как-то избавиться от меня, как невестки, но лишь один раз заикнувшись об этом — увидела на его лице кривую усмешку. Он пожелал нам плодиться и размножаться.
И особо не терять с этим времени.
Знакомые лица заканчиваются. Заканчивается и дорожка до увитой розами арки, под которой меня ждет мой муж.
Мой брутальный, бессовестный, чересчур привлекательный муж. Я точно знаю, что у него под рубашкой — грубый след от пули. Той самой. Слева на голове, под темными волосами — тонкий треугольник шрама от операции. Я знаю, через что его восстановление не было легким.
И люблю его еще сильнее.
Эта публичная церемония — его блажь. Я до последнего надеялась, что смогу его убедить, что это не обязательно лично для меня.
Нет. Не смогла. Он оказался категоричен в этом вопросе.
— У тебя не будет другой свадьбы, Цветочек, — в своем категоричном стиле приговорил он мне тогда, — поэтому эта должна быть на полную катушку. Чтобы ты вспоминала её как самое безумное событие твоей жизни.
Что ж, все как он хотел. Безумно, пышно, многолюдно…
И я замерла перед ним, как олень в свете фар. Под арочкой. На рассыпаных вокруг розовых лепестках.
В свадебном, чтоб его, платье. И он молчит…
Не нравится?
— Просто сказочно, — он шепчет это одними губами и за щелканьем вспышек фотоаппаратов я не слышу даже шепота. Что ж, надеюсь я правильно все понимаю.
Ведущая бракосочетания зачитывает торжественную речь, и я припоминаю, как это все было, когда он женился на мне по-настоящему. Как я кипела праведным негодованием, как планировала месть и мечтала о свободе. Как хотела, чтобы кто-то все это освободил.
