И что же хотел сказать мне мой «покупатель» этим своим «посылом»?
Что он хочет видеть меня дешевкой?
Плевать. Платье ничего не значит. Я разворачиваюсь к Серому, скрещиваю руки на груди и ядовито приподнимаю бровь.
— Что дальше?
Он смотрит на меня как-то удивленно, потом будто пытается избавиться от какого-то ощущения, передергивая плечами, и кивает в сторону двери.
— Шагай. Учти, рыпнешься в сторону — получишь пулю между лопаток.
Рукоятка его ствола ненавязчиво так торчит из кармана мешковатой дерюжной куртки.
Шагать, так шагать. Только ни осанку, ни положение рук я не меняю. И когда задеваю взглядом Конга, курящего на ступеньках охотничьего домика — вижу на его месте только большую кучу дерьма. И ничего больше.
Бояться мне надоело до чертиков.
Серый остается за моей спиной, закрывает дверь со стороны крыльца. В прихожей меня встречает только Сивый, и тоже — с поблескивающим в широкой ладони пистолетом.
— Тебя ждут там, — бандит дергает подбородком влево. Впрочем, тут особо и без вариантов.
В гостиной охотничьего домика натоплено до духоты, и каминчик весело трещит, а мне — холодно до зверства. Все что я вижу — два кресла, поставленных высокими спинками ко мне, и в обоих — сидят. Кто — так сразу и не понять. Я вижу только руки, покачивающие стаканы с виски, и две пары ног, вытянутых к камину.
И кто из двоих утырков «покупатель»?
Для меня это имеет принципиальное значение, между прочим.
Так, кстати о стаканах…
Я быстро проскальзываю взглядом по комнате и нахожу тяжелый графин с янтарной жидкостью. Жаль, стоит далековато, за креслами.
— Ну, что, принимай свой заказ, Тамерлан, — Сивый произносит это очень даже вежливо, не сравнить с тем, как он разговаривал, — все как ты хотел.
В лучшем виде.
Тамерлан — это имя или кличка?
Реагируют на эту фразу не сразу. Только минуту выждав, один из двоих сидящих неторопливо отставляет стакан, и вальяжно, все так же — без лишней спешки встает, огибает кресло, шагает ко мне…
— Вы… — я аж задыхаюсь от шока, рассмотрев, кто именно оказывается «Тамерланом».
— А ты ждала кого-то еще? — смакуя каждое свое слово, уточняет Тимур Валиев.
