Мост караулили мрачные чёрные сфинксы, прикрытые снежной порошей.
Утопающий в снегу город был тих, суров и прекрасен.
Казалось, что в целом мире нет никого кроме них и города, поэтому, когда из-за угла вывернул легковой автомобиль, Катя посмотрела на него как на мираж.
Сверкающая серым лаком машина и вправду выглядела чудом, неизвестно откуда возникшим в ночной морозной дымке среди развалин. Не доезжая до моста, легковушка остановилась, и оттуда легко выпорхнула девушка в пушистой шубке и меховых ботиках. Тщательно уложенная причёска золотилась на голове плотным шлемом.
Вслед за девушкой со стороны водителя неторопливо вылез плотный мужчина в добротном армейском тулупе и с бутылкой шампанского в руке. По-барски опершись на дверцу легковушки, мужчина выбил пробку. Когда струя шампанского ударила вверх, девушка засмеялась и протянула ему два бокала. Чокнувшись, парочка выпила, уселась в машину и уехала, а Катя и Сергей, онемев, посмотрели друг на друга."
"Катя чувствовала себя так, словно её ударили, а она не может дать сдачи.
Увиденное не вмещалось в сознание и от этого было особенно горько и обидно.
Схватив Сергея за руку, она едва не выбила руль, а когда он резко остановил машину, взорвалась от возмущения:
— Это враги! Это не наши, не советские люди! Как можно? Скажи, Серёжа, как можно?
Сергей спокойно и твёрдо взял её за руку:
— Катя, это наши, советские люди. Просто они… — он помолчал, подбирая слова, — …просто у них другие ценности. Но нам с тобой таких не надо. Ведь правда?
— Правда, — сказала Катя, подумав о том, что для неё сейчас самое дорогое — Сергей и крестик, найденный на колокольне.
Кусочек Родины.
* * *Из письма немецкого солдата Вольфганга Буффа, погибшего в сентябре 1942 г. под Ленинградом.
В боевом донесении будет сказано: «Погиб, пытаясь оказать помощь тежелораненому солдату противника».
«Наш новогодний вечер был простым и скромным. Альфред, Гельмут, Карл Постлак и я вчетвером сидели в блиндаже вычислителей. Мы зажгли на ёлке свечу и пели любимые рождественские песни.
В 22 часа началась небольшая артиллерийская дуэль с русскими, затем всё успокоилось, и мы вновь сидели, возвращаясь мыслями к прошлому. Какими щедрыми и весёлыми были эти дни в прошлом году в Гавре. Сейчас всё тихо и скромно, и мы радуемся, что все вместе сидим в тёплом блиндаже.
В 24 часа, в Новый год, в воздух полетели осветительные ракеты, началась стрельба, и мы запели: “Великий Боже, мы славим Тебя”.
Новый год приветствовал нас температурой — 34 градуса.
