Они бы сразу обвинили меня, но я ее не убивал! Я не убивал ее! — отчаянно закричал он. — Потом соседка позвонила в дверь, стала молоть какую-то чепуху, мол, у нее кончилась соль… Я чуть с ума не сошел от ужаса. Мне казалось, она уже обо всем догадалась…
При одном воспоминании об этом несчастный заломил руки, попутно уронив на себя окурок сигареты, и начал нервно грызть ногти. «Изображает или нет? — думал Петрович, внимательно наблюдая за ним. — Если они с Пыжовой поссорились и он сгоряча удавил ее… нет, тут определенно умысел.
Удавил, чтобы было похоже на работу „комаровца“…»
— И вы решили избавиться от тела? — спросил Опалин.
— Я… Я понял, что его надо увезти, и стал ждать темноты. Никогда не забуду, что мне пришлось пережить в ту ночь… — Леонид Андреевич содрогнулся. — Я тащил Катю, она то и дело норовила выпасть у меня из рук… Во дворе я споткнулся и чуть не переломал себе все кости… Еле-еле затолкал в машину… потом сообразил, надо чем-то прикрыть труп, побежал за пледом… Ехал черт знает как… машинально свернул на Чистопрудный бульвар и поехал по кольцу… Но на свежем воздухе мне стало легче.
Я стал смотреть, где народу меньше всего… Скамейка… мне не хотелось, чтобы она лежала на тротуаре…
— Почему вы не оставили при ней документы или вещи? — спросил Опалин.
— Забыл. Сумочку забыл взять… когда бегал за пледом…
— Сумочку потом выбросили, конечно?
— Я… — Леонид Андреевич посмотрел на него затравленным взглядом, снял очки и начал протирать стекла.
— Я не смог, — очень тихо признался он.
— И где она находится сейчас?
— У меня.
— Дома?
— Дома, да.
— Скажите, Леонид Андреевич, ваша подруга объяснила, почему она пришла к вам в том вечер?
Орешников подскочил на месте.
— Что вы несете? Ведь я же говорю вам: Катя была уже мертва, когда я вернулся домой… Вы… вы что, проверяете меня?
— Леонид Андреевич, — терпеливо промолвил Опалин, — давайте посмотрим на вещи трезво. Вы скрыли факт убийства и не вызвали милицию — это бросает на вас серьезное подозрение…
— Если бы я не скрыл… — бесцветным голосом промолвил Орешников, — вы меня и обвинили бы…
— Не обязательно.
Я мог бы начать искать ее врагов. Кого-то, кто счеты с ней сводил…
— Врагов… — Леонид Андреевич глубоко вздохнул. — Да какие враги? На работе ее не слишком любили, но вот так… чтобы убить…
— Значит, вы всё же думали, кто мог лишить ее жизни?
— Думал. Всю голову сломал.
