Бандит какой-нибудь… Но тогда почему все кольца остались на месте? И деньги…
— Скажите, имя Елена Елисеева вам говорит что-нибудь?
— Нет. Впервые его слышу.
— Вы уверены? По нашим сведениям, она брала у вашей знакомой сумочку на перепродажу.
— Погодите-ка… — протянул Орешников, морща лоб. — Ленка-студентка, что ли? Да, Катя ей пару раз давала вещи, просто чтобы отвязаться…
— Отвязаться?
— Ну, Катя считала, эта Елена очень любит заводить выгодные знакомства… А Катя такие вещи сразу видела. Она не любила, когда ее использовали.
И еще была неприятная встреча в «Национале»… Катин пьяный знакомый полез за другой столик, а там как раз эта Лена с… ну, в общем, с тем, кто ее содержал. Кате было очень неприятно…
Опалин задумался. Что-то в этом деле не на шутку беспокоило его. Поведение Орешникова? Ну да, малодушный, слабый, никчемный человек… Если, конечно, насчет убийства Пыжовой не врет…
— Как выглядит сумочка, которая была у вашей подруги девятого ноября? — неожиданно спросил Опалин.
— Сумочка… ну… Элегантная… кожаная… черная… Вот такого размера.
— Он очертил руками в воздухе приблизительный четырехугольник.
— У вас в квартире есть телефон? — Леонид Андреевич кивнул. — Какой номер?
Получив ответ, Опалин набрал номер и стал ждать ответа.
«Догадаются они снять трубку или нет…»
— Алло!
— Антон? Это Опалин. Вот что: найдите-ка в квартире дамскую сумочку, кожаную, черную, средних размеров. Как только найдешь, перезвони мне и опиши содержимое.
— Подожди, — неожиданно сказал Антон на другом конце провода.
Через минуту трубку взял Фиалковский, старый эксперт, работавший при МУРе много лет.
— Сумочка у меня, — сообщил он, — содержимое описать? Пожалуйста…
Выслушав, Опалин буркнул «Спасибо» и хотел повесить трубку, но передумал.
— Что-нибудь интересное нашли?"
"— Набойку с женского сапога. Я так понимаю, это Пыжовой. Следов того, что в квартире произошло убийство, я не вижу. Конечно, у него было более чем достаточно времени для уничтожения всех следов, но это плохо согласуется с найденной набойкой.
Опалин поблагодарил эксперта, повесил трубку и повернулся к Орешникову, с тревогой смотревшему на него.
— Леонид Андреевич, вы что-нибудь брали из сумочки вашей подруги?
— Я… ничего. Я только посмотрел, на месте ли деньги. Она обычно носила с собой большие суммы… Но кошелек никуда не делся, и в нем было больше трехсот рублей…
— Тело было еще теплым, когда вы его нашли?
Кивок.
— Как живой человек?
Вновь кивок.
