— Скажите, Леонид Андреевич… Когда шли к дому, вы кого-нибудь видели? Кто-то навстречу шел? В парадной никого не встретили?
— Я… нет… не думаю…
— Во дворе машины? Приезжали-уезжали?
— Ну, грузовик мимо меня проехал… Это считается?
— Что за грузовик?
— Обыкновенный. Да я и не смотрел на него…
— И шофера не видели?
— Нет. Зачем он мне? А, понимаю… Вы думаете, он мог бы подтвердить мое алиби?
Нет, Опалин думал совсем о другом. Он придвинул к себе аппарат и набрал знакомый номер.
— Андрей Петрович? Опалин беспокоит.
Мне нужно, чтобы вы сравнили два способа удушения жертв. Елена Елисеева и Екатерина Пыжова. Да, это та, о которой умолчал ваш коллега… Но первое тело уже, наверное, затребовали родственники? Ах, вот как… Вы им не отдали? Доктор, я просто не знаю, как вас благодарить… Да, разумеется, как только будет результат, звоните мне.
Повесив трубку, Иван откинулся на спинку стула и несколько мгновений собирался с мыслями.
— Итак… Во-первых, сейчас мы оформим протокол, и вы его подпишете. Во-вторых… задерживать вас я не стану, но возьму с вас подписку о невыезде.
Вы, Леонид Андреевич, своими действиями создавали препятствия следствию. Полагаю, вас за это будут судить, но… потом.
— Вы меня отпускаете? — пробормотал Орешников, глядя на собеседника во все глаза. — Постойте, так вы… вы поняли, что я не убивал?
— А я вообще понятливый, — ответил Опалин и сам себя возненавидел за эту ненужную, хвастливую, бесцеремонную фразу. — Не забудьте дать нам адрес и телефон вашего должника Белюстина — для протокола.
…Когда Леонид Андреевич, подписав все бумаги и получив пропуск на выход, скрылся за дверью, Петрович не удержался и негромко заметил:
— Как хочешь, Ваня, а я бы его все-таки закрыл. Хотя бы до окончания экспертизы, которую делает доктор Бергман…
— Экспертиза — это важно, — кивнул Опалин. — Но еще важнее ключ.
— Какой ключ?
— От квартиры Орешникова. Помнишь, он сказал, что у Пыжовой был свой ключ? А в сумочке ключа не оказалось.
— Она могла держать его не в сумочке, а в кармане.
— За кого ты меня принимаешь? Когда тело нашли на скамейке, не было в карманах никакого ключа.
Петрович откинулся на спинку стула.
— Думаешь, грузовик, который видел Орешников…
— Возможно. Но наверняка ничего сказать нельзя. Мы не можем утверждать, что это именно тот грузовик.
— Пыжова убита девятого, Елисеева — утром двенадцатого. Выходит, наш шофер стал чаще убивать? — спросил Петрович после паузы.
— Выходит, так, — просто ответил Опалин.
Глава 19.
