Натку, что ли, попросить все купить? Сварить, порезать, заправить и разложить по тарелкам… Она, конечно, тоже после работы и тоже как вареная курица, но сестра — во-первых, не измучена мантией, а во-вторых, ее до сих пор держит в тонусе чувство благодарности и легкой вины за то, что они с Сенькой поселились у меня на неопределенный срок.
Я достала из сумки мобильный, но он оказался разряжен.
Если честно, кроме звонка Натке, я хотела проверить, не звонил ли мне Говоров. В голову опять полезли девичьи бредни: может, телефон разрядился из-за того, что, пока я была на заседании, Никита беспрерывно названивал мне?
Обойдусь без окрошки, решила я, разозлившись, что мысли мои опять свернули на Говорова.
Натка тоже приготовит ее не раньше полуночи, ей еще Сеньку из садика забирать. Поужинаем вчерашними щами.
Вздохнув, я стала собираться домой.
Зашел Дима.
— Ну и жара!
Он встал перед вентилятором.
— Это вы еще мантию не надевали. Ощущения непередаваемые.
— Вы домой? — улыбнулся помощник.
— Да. Утром у машины колесо спустило, так что буду штурмовать метро.
— Давайте я вас подвезу.
— Спасибо, Дима. Только очень пройтись хочется. Пусть даже по жаре.
— Ну, как хотите, Елена Владимировна, — Дима недоуменно посмотрел на меня, видимо, не очень поверив в мою любовь прогуливаться по душному раскаленному городу.
Я стала укладывать в портфель дела, которые собиралась просмотреть дома.
В дверь коротко постучали.
— Войдите, — сказала я, удивленная этим стуком — посетителей я не ждала, а свои заходили без приглашения.
Вошел Троицкий, как будто немного смущенный, но я почувствовала — это смущение тонко сыграно для меня, на самом деле он уверен в себе, расслаблен и знает, что делает.
— Вечер добрый, Андрей Иванович, — поздоровалась я.
Значит, в коридоре мне ничего не почудилось, я действительно видела его.
Жара никак не сказалась на представителе банка, он выглядел свежим, подтянутым, бодрым, стремительным, словно плюс тридцать семь, которые измучили всю Москву, не имели к нему ни малейшего отношения.
— Я взял на себя смелость зайти…
— По делу?
— Дело у меня по другому должнику. А к вам… — он покосился на Диму.
Тот, отступив назад, за спину Троицкого, подмигнул мне. Я не поняла, что это значит, и на всякий случай улыбнулась Андрею Ивановичу.
— Присаживайтесь.
— А к вам я просто так зашел.
Троицкий сел, закинув ногу на ногу, и пристроил свой кожаный кейс возле стула.
