У костра могли сидеть Таня, Оля, в крайнем случае Надежда Александровна, и Веретьев даже сморгнул, чтобы развеять напавший на него морок. Но тот никуда не делся, лишь при виде Александра поднялся с бревна, потянув за руку маленького мальчика, тоже послушно вставшего вслед за матерью. И впрямь Ирина.
– Здравствуйте. – Она подошла, неловко улыбаясь, словно извиняясь за свое неожиданное вторжение. – Вы вчера сказали, что мне можно прийти, если будет нужна помощь, вот я и подумала…
Да, точно, вчера Веретьев настаивал на том, чтобы Таня осмотрела ушибленную голову молодой женщины.
Неужели спустя сутки последствия сотрясения мозга дали о себе знать?
– Таня, Таня, – позвал он.
Молодая медсестра вышла из своей палатки, глянула враждебно, как чужая.
– Посмотри, пожалуйста, Ирину, она вчера упала и сильно ударилась головой.
– Это вы сильно ударились головой, как я погляжу, – с некоторым вызовом сказала Таня, и Веретьев вытаращил глаза, потому что никогда она так не позволяла себе с ним разговаривать.
Ничего, кроме обожания, ни разу не слышал он у нее в голосе.
– Нет-нет. – Ирина шагнула к костру, протягивая руку в знак возражения. – У меня все в полном порядке. Никаких последствий от падения нет. Я совсем по другому вопросу.
– Что-то случилось? – Взгляд Веретьева стал серьезен, потому что он вдруг осознал, что эта женщина ни за что бы не пришла вечером в лес, да еще с ребенком, если бы не крайние обстоятельства. Не была она похожа на ветреную и пустую искательницу приключений.
Совсем не была. – Вы видели беглых заключенных?
– Нет, я их не видела, но, кажется, знаю, кто их кормит, – сказала она.
– Кормит? И кто же?
– Полиект Кириллович. У него собаки и термосы. Но этого не может быть, потому что он привозит с почты корм. Понимаете?
– Нет, – искренне признался Веретьев.
Таня смотрела на молодую женщину с нескрываемым неудовольствием, как будто насквозь видела все ее ухищрения и дурацкие придумки.
Ирина инстинктивно повернулась к ней спиной.
– Я сейчас попробую объяснить, хотя это непросто. Видите ли, Полиект Кириллович за последние два месяца сделал мне много добра, и я не хотела бы выглядеть неблагодарной, но все это так подозрительно.
Таня у костра демонстративно фыркнула. От походной кухни в их сторону выдвинулась Надежда Александровна, сунула в руки Татьяне черпак, подхватила на руки ребенка, который переминался с ноги на ногу, все так же цепляясь за материнскую руку.
