— Никогда, я имею в виду, никогда не говори с ней снова.
— Да, я согласна. Я не позволю никому причинить тебе вред.
— Это не твое чертово дело, Гвинет. Мои отношения с моей матерью или кем-то еще — не твое дело.
— Ты такой придурок.
— Теперь, когда ты это знаешь, перестань вмешиваться и приступай к работе.
— Если ты продолжишь так отталкивать меня, у тебя никого не останется.
— Меня это устраивает.
— Я действительно ненавижу тебя прямо сейчас.
— Да мне все равно. А теперь сажай задницу в машину и поезжай в фирму.
Я понимаю, что он тяжело дышит, его грудные мышцы растягивают рубашку и фартук при каждом движении. И похоже, что он на грани чего-то — чего, я не знаю. Мне тоже все равно, потому что его слова оставили глубокую черную дыру в моей груди.
Неужели уже поздно добавлять его имя в список отрицательных слов?
Потому что мне отчаянно нужно избавиться от него. Мне нужно перестать болеть им, потому что его обидели родители. Мне нужно перестать испытывать боль, потому что он холодный и отстраненный, и его высокие стены приближаются ко мне, раздавливая меня.
Так что я хватаю сумку и выхожу из дома, а веду машину так безрассудно, что меня это пугает. Может, таким был папа в тот день. Он знал, что что-то не так, и попал в аварию.
Эта зловещая мысль заставляет меня сглотнуть, я замедляюсь, сильно замедляюсь и включаю плейлист из Twenty One Pilots и NF, потому что они меня успокаивают. Они такие же особенные, как и я.
Особенных людей неправильно понимают, и это нормально. Особенные люди получают травмы, и это тоже нормально.
Потому что именно в этом мы особенные. Никакие стены не уничтожат нас и не остановят.
Через некоторое время, погрузившись в музыку, я готова погрузиться в нечто иное, чем этот утреннее сумасшествие. Но я не еду в фирму сразу, я еду в автомобильную компанию, где мне нужно подписать некоторые документы и предъявить удостоверение личности, чтобы доказать, что я ближайший родственник отца, чтобы смогла получить файлы с видеорегистратора.
Затем я еду в фирму и сажусь к Джейн в ИТ-отделе, чтобы насладиться покоем вдали от бдительных глаз Нейта.
У него все равно назначена встреча с другими партнерами, так что на какое-то время я в безопасности.
Джейн предлагает помочь мне отсортировать файлы по разным датам.
Мы оба сидим в наушниках, слушаем записи и смотрим трансляции. Я все время подавляю собственные слезы. Когда я смотрю, как папа разговаривает, водит машину и жив, у меня в груди возникает комок.
