Если бы не счастливая встреча с тем, кого Сергей привык называть «Сэнсэем», (это по-японски «Учитель»), ничего бы этого не было – ни медалей, ни положения, ни квартиры на Ленинском, ни дачи. Вообще ничего. Скорей всего, замочили бы чересчур шустрого пацана Серегу какие-нибудь серьезные бандиты – если не тогда, на железнодорожном переезде, то в следующий раз. Дурак он был, не врубался, какой ломовой прикуп ему судьба отвалила.
Случай помог. Поехал Иван Пантелеевич по шефским делам в область, на обратном пути машина встала у шлагбаума, и захотелось ему подышать вечерним воздухом.
А не захотелось бы?
Тогда, по дороге в медцентр спортивного общества, состоялся у них ключевой разговор.
– Разбойничаешь помалу? – спросил Сэнсэй. Он сидел впереди, рядом с шофером, а Серега сзади. – Не ври, не на лоха напал. Я сам с этого начинал. Потому что глупый был, вокруг одни запертые двери, а силенка через край бьет. Я тебе покажу, куда эту силу направить. Если захочешь, конечно.
– Куда? – вытянул шею зеленый, шестнадцатилетний Дронов.
– В спорт.
– А-а, – разочаровался Серега. Ему, дурню, вообразилось, что гражданин с веселыми глазами сейчас в разведчики позовет, шпионов ловить.
– Чего «а-а». В твоем возрасте главное – характер выковать. А спорт для этого самое оно. Если, конечно, у человека физданные есть. У тебя они точно есть, я видел. Ну-ка, проверим реакцию. Лови.
И кинул в лицо леденец в бумажке (у него всегда в кармане барбариски, любит кислое).
Движение молниеносное, едва уловимое – конфетка попала Сереге точнехонько по носу.
– Не спи!
Бросил еще раз. Дронов, хоть и был готов, но не успел даже руку поднять.
– Еще!
Теперь вроде и руку заранее поднял, пальцы растопырил, но все равно пропустил – леденец обидно щелкнул по лбу.
– Э, брат, может, я в тебе ошибся?
Это задело Серегу за живое. Левой рукой он выдернул из воротника иголку, тайком приставил к ногтю и припугнул сам себя: «щас как засажу».
Сработало.
И следующие пять барбарисок поймал запросто.
– Здорово! – Иван Пантелеевич улыбнулся. – Есть руда, будет и металл. Только гляди, Сережа, не прозявь свой талант. Это самое большое преступление, которое может совершить человек. Меня слушай, я тебя настоящим человеком сделаю, на большую дорогу выведу.
Поверил ему тогда Серега, сразу. Потому что никогда в жизни таких людей не встречал.
И правильно сделал, что поверил.
