Сейчас бы в бассейн нырнуть, подумал Дронов. А что – построить не проблема. Участок, слава богу, позволяет – 80 соток. И разрешение получить пара пустяков. А по бабкам это встанет тысяч в полста, фигня.
На тумбочке стояла бутылка коньяку и бокал. Пил не Сергей, ему алкоголь был не нужен, а эта, как ее, Галя, что ли. Или Оля. Из ансамбля «Березка», вчера на открытии Гольф-клуба склеил.
Здорово же он ее уходил. Дрыхнет, как под наркозом. Лица не вспомнить, но красивая – это сто процентов. Они там, в ансамбле «Березка», все красивые.
Крашеная вот только.
Он встал, пару раз присел, помахал руками. С тех пор, как завязал тренироваться по четыре часа в день, тело стало не такое легкое, как раньше. Надо все-таки хоть пару раз в неделю на стадион выбираться – по кругу погонять, попрыгать.
Телефон в гостиной всё надрывался. Отключить лень, отвечать неохота. Не было на свете людей, звонок которых имел бы для Сергея Дронова важность. Ничего, перезвонят. Умыться надо, душ принять.
Сердце ровно постукивало: то-так, то-так.
И вдруг, ни с того ни с сего, скакнуло.
Токо-так, токо-так, токо-так!
В воздухе застыла муха. Стало видно медленные движения прозрачных крылышек.
Что за хренотень? С чего бы?
Через несколько секунд скоростной режим отключился, тоже сам по себе, но с чего он врубился-то? Такого никогда не случалось. Если только во сне, когда приснится что-нибудь страшное.
Ужасно Сергей изумился. И встревожился.
А тут еще телефон не унимался. Достал.
Дронов взял трубку и раздраженно сказал:
– Ну?
Ошибся он, оказывается.
Имелся на свете человек, звонок которого был важен.
– Баранки гну, – раздался в трубке сердитый голос Сэнсэя. – Ты чего там, бабу с утра тянешь? Десять минут, как моська, гудки слушаю.
– Сэнсэй, да вы же… – Сергей хотел сказать, «по утрам не звоните никогда», но вовремя вспомнил про вчерашнюю договоренность. – Всё путем. Я предупредил. Ждут в двенадцать. Вы говорили, в пол двенадцатого заедете, а они нас ждут в двенадцать.
Нормально. Покажут участки, а потом поедем…
– Не получится, – перебил Сэнсэй. – Заседание у меня, срочное. Поезжай один … …! – Он выругался, что позволял себе редко – только когда здорово злился. – Автоответчик бы завел, что ли, раз трубку не берешь. Столько времени на тебя, …, потратил.
И разъединился.
Нехорошо получилось. Не через секретаршу звонил, лично. А он такого человека ждать заставил. Можно сказать, самого главного человека во всей своей жизни.
