— Когда я вырасту, я буду по крайней мере 6 футов высотой, — сказал он гордо.
— Шесть футов четыре дюйма, не меньше. Ты, наверное, будешь выше Луки.
— Это было бы здорово. Я смогу надрать всем задницы. Все должны быть добры ко мне и уважать меня.
Я задумчиво улыбнулась. Достаточно скоро люди все равно это сделают. Симпатичного мальчика заменит безжалостный убийца.
— Это было бы здорово, — согласилась я. — Так у тебя есть новые ножи?
У Фаби была огромная коллекция ножей. У десятилетнего мальчика должна быть большая коллекция ножей.
Конечно, отец поддерживал увлечение моего брата оружием.
— Нет, — надулся Фаби. — Отец сердится на меня.
— Из-за меня?
Фаби сначала ничего не сказал, но я знала, что он пожимает плечами в своей милой манере.
— Мне не нравится, как он кричал на тебя.
— Мне это тоже не нравится, но постарайся не сердить отца слишком часто, Фаби. Я не хочу, чтобы тебя наказали.
Теперь, когда я не была доступна в качестве любимой боксерской груши отца, я беспокоилась, что Фаби, возможно, придется нести основную тяжесть его гнева.
— Ладно, — сказал он. — Я скучаю по тебе.
— Я тоже по тебе скучаю.
Мы повесили трубки, и я вернула телефон Арии.
— Ты в порядке? — спросила она.
Я нерешительно кивнула.
— Вечеринка в следующие выходные, да?
— Да.
— Полагаю, меня не пригласили?
Ария поморщилась.
— Даже мы с Лукой не уверены, стоит ли нам идти.
— Почему?
— Дела сейчас действительно плохи. У Луки достаточно неприятностей в Нью-Йорке.
И он не хочет иметь дело с Данте Кавалларо или отцом в дополнение к этому.
— Фаби и Лили очень расстроятся, если ты не приедешь.
— Я знаю, — сказала Ария со вздохом, прислонившись к спинке. — Именно это я и говорю Луке. Я даже предложила слетать туда с Ромеро, чтобы Лука мог заняться делами.
— Дай угадаю. Он ненавидит эту мысль.
Ария рассмеялась.
— Да. Он не доверяет команде и не позволит мне отправиться туда без него.
— Я вроде как согласна с ним.
Жаль, что мы не можем пойти вместе.
— Может быть, в следующем году. Отец не может злиться на тебя вечно.
— Отец все равно будет злиться на меня, даже когда будет гореть в аду.
* * *
Как и ожидалось, меня не пригласили на семейную рождественскую вечеринку. Официально отец не мог отказать мне в приеме в качестве жены Маттео, но это было бы не только очень неловко, но и Маттео не хотел рисковать, возвращая меня в Чикаго так скоро.
