* * *На площадке обслуживания несколько инженеров быстро открутили тридцать крепежных гаек, сняли люк и, проверив контакты, поставили его на место. Пока техники возились с контактами, Гагарин с помощью маленького зеркальца, приделанного к рукаву скафандра, наблюдал за их манипуляциями и тихонько напевал: «Родина слышит, Родина знает…»
* * *В бункере управления медленно текли минуты ожидания. Наконец Цареву доложили о готовности к полету.
– «Кедр», я «Заря-1». Ключ поставлен на дренаж, – сообщил он Гагарину по радиосвязи.
– Понял вас, – ответил Гагарин. – У меня все нормально. Настроение бодрое. К старту готов. Прием.
– «Кедр», я «Заря-1». Отошла кабель-мачта. Все нормально.
– Понял вас, почувствовал. Прием. Слышу работу клапанов."
"– Хорошо, – кивнул Царев, потом подал знак запускающему и продолжил: – Дается зажигание.
– Понял вас, дается зажигание, – отозвался Гагарин.
– Предварительная ступень.
– Понял.
– Промежуточная.
– Понял.
– Полный подъем.
– Поехали! – прозвучал сквозь грохот ракетных двигателей бодрый голос Гагарина.
* * *За тысячи километров от Байконура в пустынном вестибюле Центра космических полетов «Маршалл» под тусклой лампочкой дежурного освещения дремал охранник.
Его сон прервал настойчивый звонок телефона. Охранник нехотя снял трубку.
– Алло! Алло! – закричали в трубке. – Это НАСА? Это из редакции газеты «Америкэн Глобал». Скажите, как вы можете прокомментировать сообщение из России?
– Вы на часы смотрели?.
. – сонным голосом произнес охранник. – Пять тридцать утра… Идите к черту! В НАСА все спят!
* * *«РУССКИЕ В КОСМОСЕ! В НАСА ВСЕ СПЯТ!» – кричал заголовок утренней газеты, лежавшей на столе директора ЦРУ.
Даллес еще раз глянул на фотографию улыбающегося Гагарина, с раздражением скомкал газету и швырнул ее в мусорное ведро.
– Сэр, на линии профессор фон Браун… – раздался голос секретаря из селектора.
Даллес не ответил.
– Сэр, профессор фон Браун… – повторил секретарь.
– Я слышал… – наконец, выдавливая из себя слова, отозвался Даллес.
– Скажите… скажите, что меня нет…
И нажал кнопку «отбой».
* * *У окна в бывшем кабинете Плужникова стоял Гудасов и наблюдал за ликующей многотысячной толпой, заполнявшей площадь Дзержинского и прилегающие улицы. Люди пели, плясали, размахивали транспарантами «Гагарину – ура!», обнимались и целовались.
– Здравствуй, Олег! – неожиданно раздался голос у него за спиной.
Гудасов обернулся.
