— Слушай, у меня такие новости, — радостно произносит, полностью игнорируя мои слова и возмущение.
— Я долго терпела, Олег, правда, — говорю с горечью, пытаясь достучаться до него, — но дети — это не игрушки, и я не позволю пренебрегать…
— Я был прав! — перебивает, как всегда, пропуская мои слова мимо ушей. — Аукцион, что устраивает твоя маман, его нужно отменить! Предметы искусства, которые она выставляет на продажу, они завещаны тебе, я запросил у этого, как его там, ну в очках который…
— Феликс Эдуардович, — стискиваю переносицу изо всех сил, хотя хочется дать ему затрещину, чтобы, наконец, очнулся.
— В общем, оценщик переговорил с твоей ушлой маман и поехал оформлять всю бумажную байду, а я — за ним! Сказал, что хочу проверить, что там да как, а потом мы вместе с Феликсом посмотрели списки для аукциона, там всё твое, — встряхивает меня за плечи, улыбается. — Так что пусть твоя мать сворачивает свой аукцион, мы сами продадим коллекцию. Ты даже не представляешь, во сколько она оценивается, мы будем богаты, Ев.
А уж когда и акции станут нашими…
Сияет, как золотая монета, с выражением, мол, посмотри, какой я умный, делом важным занимался."
"— Умолкни! — рычу, толкаю в грудь и иду в сторону ванной.
Я так зла, что мне срочно нужно охладиться.
— У тебя что, ПМС? — с недоумением доносится мне вслед. — Ничего не знаю, Ев, это дело нужно переоформить на нас. Я поеду завтра оплачу нужные взносы, чтобы с нашего счета были. Где твоя карточка?
Дальше он говорит что-то еще, вроде бы хочет отметить «великое событие», но я прикрываю с хлопком дверь и включаю воду, так что бубнеж его не слышу.
Ополаскиваю холодной водой лицо и смотрю в зеркало на собственное отражение. А вот оно меня не радует. Совсем… Худое, изможденное лицо с темными кругами под глазами и впалые щеки…
— Боже, дай мне терпения и сил, — говорю своей копии, делаю несколько глубоких вдохов-выдохов.
И только потом открываю дверь, выхожу, готовая к диалогу с бессовестным мужем. Вот только его в комнате нет.
Лишь открытая дверь и моя сумка свидетельствуют, что он тут был. Подхожу ближе, чтобы убедиться в самых страшных предположениях, ведь я совсем забыла про письмо! Если Олег его увидит… Его прочитает… Ведь однажды, в самом начале наших отношений, я просыпалась от кошмаров, и однажды доверилась мужу. Рассказала о том, что преследует меня с детства. Что отец мой — убийца.
Тогда мы оба решили, что сны нереальны, и поверили в это, но письмо всё меняло.
