Некоторое время она еще постояла в раздумьях, нервно поигрывая ключами в кармане, потом, кинув взгляд на сжавшуюся в комочек и отвернувшуюся к окну девушку, прошла к своему столу, сняла трубку внутреннего телефона.
– Даш, у нас малая операционная свободна? – спросила глухим голосом. – Хорошо, спасибо, – и, не глядя на Ксению, произнесла в пустоту: – Пойдем, девочка…
На стол легла толстая пачка денег, но врачиха, поморщившись, презрительно кинула:
– Уберите. Ничего не нужно.
Раздался всхлип.
Поникшие плечи Ксении опустились еще ниже и затряслись в сдавленном плаче. Женщина вопросительно посмотрела на опера.
– Дайте нам минуту, – попросил он, и та тут же вышла из кабинета."
"Демидов подошел к девушке, которая, двумя руками зажимая рот, сдерживалась из последних сил, чтобы не разрыдаться в голос. Опустившись на корточки, взглянул ей в покрасневшее лицо, постарался поймать стеклянный от слез взгляд.
– Ксюш, так будет лучше, пойми, – как можно мягче произнес он.
– Прости меня, но на данный момент это единственное правильное решение. У тебя вся жизнь впереди, а сейчас… сейчас ты сама еще ребенок…
Девушка смотрела на него во все глаза, еще до конца не осознавая, что все это происходит с ней наяву. Все внутри холодело, переворачивалось и летело куда-то в пропасть. От понимания того, к чему «приговорил» ее Влад, просто жуть брала. Вспомнились ужасные картинки из интернета. Из глаз уже градом катились крупные, бессильные слезы отчаяния.
– Я не хочу, – прошептала еле слышно, закрывая глаза. Дыхание ее перехватило, она громко всхлипнула, по телу пробежала судорога.
Опер на секунду зажмурился. Он не мог смотреть на эти слезы. Ему не хватало воздуха, он задыхался. Как ошпаренный выскочил из кабинета, чуть не сбив с ног врача.
– Я… не хочу… не… хо… чу, – всхлипывая, в полубеспамятстве шептала девушка, заламывая руки, нечего не видя перед собой.
– Пойдем, – она с трудом понимала, чего от нее хочет эта женщина в белом одеянии, а когда поняла, то отчаянно замотала головой:
– Я не пойду… не… пойду… не… пой… ду…
***
Агрессивно расталкивая набегающий навстречу люд, Влад стремился на улицу.
Туда, где свежий воздух наполнен не медицинским острым запахом, вызывающим мысли о крови и боли, а знакомым букетом из тягучей, сырой прохлады, бензиновых паров автомобилей, легким, ненавязчивым запахом зелени, травы и цветов на разбитых у стен здания клумбах.
