"Пролог
Говорят, выход есть всегда. Не бывает безвыходных ситуаций, просто есть границы, переступив через которые человек уже никогда не будет прежним.
Свои границы он пересекал медленно, шаг за шагом, неизбежно приближаясь к той самой последней черте и до конца не зная, какой она будет в итоге. Путь оказался долгим и болезненным, со множеством ошибок, мучительными переменами, муками совести, и начался он давно. С той самой первой встречи с ней, когда приехал в Управление за чертовым авансом. Позже, когда она молча садилась в его машину, а ему лишь оставалось украдкой бросать взгляды в зеркало заднего вида, и, наконец, там, на даче, когда он окончательно потерял рассудок, позволил себе поддаться безотчетному желанию и поцеловал ее.
Еще одна граница была пройдена в тот момент, когда он держал на прицеле больного ублюдка, заносящего нож в спину Воронову. Все решил бы один выстрел – он мог перевести прицел на несколько сантиметров правее и нажать на курок. Возможно, после смерти Саши у него появился бы шанс быть рядом с ней, только вот смог бы он после этого уважать себя?
Юля была счастлива.
Он видел это по ее горящим глазам, какими она смотрела на Воронова, по руке с кольцом на безымянном пальце, нежно поглаживающей вновь округлившийся живот, и этого было достаточно. Достаточно для того, чтобы знать: все было не зря.
Работа отнимала практически все время, и он был этому даже рад. Так, в постоянных заботах и беготне было совершенно некогда предаваться воспоминаниям и размышлениям о том, что уже никогда не произойдет.
Он и сам не понял, в какой момент у них все закрутилось с Леной. В ту ночь, когда они вернулись из больницы, и Юля ушла в комнату к Дане, они еще какое-то время просидели на кухне, о чем-то разговаривали. На следующий день он вызвался помочь отремонтировать сломавшуюся дверцу шкафа, еще несколько дней спустя Лена сама позвонила ему.
С ней было легко. Милая и улыбчивая, она в момент окружила его заботой и нежностью, заполнила пустоту в жизни, и постепенно мысли о Юле стали уходить куда-то за пелену прошлого…
Глава 1
Комната в предрассветных сумерках освещалась лишь отсветом циферблата часов на комоде.
Шесть утра, воскресенье. Наконец-то можно было поспать подольше, не беспокоясь о том, что нужно спешить на службу. Во всей квартире стояла тишина, нарушаемая лишь монотонным гулом работающего в кухне холодильника, да мерным тиканьем настенных часов в зале.
