— Бензин закончился?
— Рассказывай, — потребовал Туманов, — кто и почему хочет тебе навредить. Отказ не принимается. Я все равно узнаю. Но не люблю играть в испорченный телефон.
Рита побледнела, пальцы забегали по дверной ручке. На миг показалось, что она хочет убежать от него в чистое поле. Но слабость прошла. Девушка что-то знала. Туманов вдруг засомневался: а хочет ли он тоже это знать? Рита лихорадочно размышляла, близилась капитуляция.
— Закурить хоть дай, — проворчала она.
— Ты куришь?
— Нет.
— Тогда не дам. Не уводи разговор в сторону. Не понимаю, в чем проблема. Мы, кажется, сошлись во мнении: ты не сумасшедшая. Готов осмыслить все, что ты наговоришь. К тому же я в курсе, что в Грибове много лет назад уже происходило что-то подобное.
— Серьезно? — Рита встрепенулась, пристально посмотрела ему в глаза. — Что ты знаешь о тех событиях?"
"— Немногое. Пока неизвестно, связана ли та история с текущими событиями. Надеюсь, что нет. Сейчас то дело закрыто.
Семнадцать лет назад, осенью пятьдесят девятого года, в Грибове пропали две девочки одиннадцати-двенадцати лет. Оля Конюхова и Катя Загорская. Детей искали, но так и не нашли. Опрашивали всех, кто мог что-то видеть, устраивали рейды, проверяя сомнительные места, прочесывали подвалы, чердаки. Потом пропала еще одна девочка — позднее выяснилось, что ее похитил неопознанный мужчина. Ребенку удалось спастись — проявила смекалку и вырвалась. Личность своего похитителя она описать не смогла.
У девочки был психологический шок и проблемы с памятью. Нет очевидных доказательств, что ее похищение связано с пропажей Оли и Кати. Две последние пропали бесследно. В последующие годы о них не было никаких вестей. Родители не теряют надежды, что они остались живы, возможно, им дали другую жизнь, дети обрели опекунов и уже не помнят, что с ними произошло. Ведь детская память — такая шаткая штука…
— История с третьей девочкой связана с пропажей Оли и Кати, — негромко сказала Рита.
— Это я третья девочка.
Туманов поперхнулся, закашлялся, потом изумленно воззрился на девушку. Он этого не знал. Всего не могут знать даже старшие следователи по особо важным делам.
— Удивила, черт возьми… Подожди, надо подумать… — он повращал ручку на дверце, открывая окно. Рита со своей стороны сделала то же самое — для лучшей вентиляции. Туманов жадно затянулся. Рита поглядывала на него с растущим интересом.
