Гость подошел к пленнику и изобразил нечто вроде улыбки – так, наверно, скалятся шакалы. Но все равно – хоть какое-то подобие человеческих отношений! От сей метаморфозы у Ленчика аж челюсть отпала.
– Да-арагой! – обратился к нему чурка. – Ты, говорят, в компьютерах шаришь?
– Ну да, – оторопело ответил Леня.
– Значит, и в телевизорах разбыраэшся?
– Чуть-чуть…
– Тагда пашли, телик на кухне пасмотрыш? Не работает, гад…
Да пожалуйста!
Ленчик был готов запрыгать от счастья. Выбраться из гадкой комнаты! Хоть краем глаза заглянуть в телевизор! Хоть какую рабыню Изауру увидеть – вместо ненавистных чуреков!"
"Кроме своей темницы, Леня бывал только в туалете, хотя в квартире, по-видимому, имелись еще комнаты.
Должны же хачики где-то спать. Ленчик уже изучил поведение своих стражей – как только темнело, один из них куда-то шел (видимо, в койку), а другой оставался бдеть дальше. Потом часа через три они менялись. А еще Леня отметил, что его охранники уже начинают – после двух дней жестокого ничегонеделанья – смертельно скучать и надоедать друг другу.
Иногда из кухни слышались приглушенные раскаты витиеватого русского мата. Похоже, своих ругательств у хозар не было. Они бранились только на русском.
Чучмеки явно не впервые охраняли заложника. Все у них было продумано и отлажено. Чтобы у пленника не отнимались конечности, его два раза в день отцепляли от батареи и под дулом пистолета («Тока дернись – ноги поотстреляю!») заставляли ходить по комнате, приседать и всячески разминать части тела.
В туалет водили – дверь всегда оставляли открытой.
Кормили тоже со знанием дела – от голода не помрешь, но и сытым не будешь. С утра давали кусок хлеба. Днем потчевали полухолодными макаронами без масла, вечером опять хлеб, вода и сморщенная сосиска. От такой жрачки недолго и цингу заработать! Ленчик с горечью вспоминал, что так и не успел тогда толком позавтракать дома, а сразу пошел за мороженым.
«Ну, зачем, зачем, зачем я вылез на улицу, дурак! – костерил себя Ленька.
– Хотя – какая разница? Раз уж они захотели – все равно рано или поздно меня бы взяли».
Чучмек отстегнул наручник от батареи.
– Пашли! Пасмотрышш, разберешься!
Не вытаскивая пистолета, хозар повел Ленчика на кухню. Тот отметил, что, оказывается, вся прочая квартира обставлена гораздо лучше, чем его комната. Двери – деревянные со стильными ручками, обои на стенах дорогие.
