"
"— Я не только миски мою!.. — вспылил я…
И тут же осекся.
Мда.
В самом деле, не только миски. Но еще и ложки, котлы, окровавленные полы…
Гай был прав.
Он не пытался меня унизить, просто сказал как есть.
Но от этого становилось только хуже.
— Надо было мне тоже какое-нибудь барахло прикупить, — пробормотал я себе под нос, пытаясь свести все к шутке.
— Зачем? — пожал могучими плечами Гай, и невозмутимо добавил: — Тебе-то кружевным жабо не помочь. Слишком уж ты…
— Обрезок?
— Типа того. А мастеров моего дела хоть и не любят, но побаиваются — мы ведь со смертью на короткой ноге.
Суеверные люди говорят, что палачу нельзя смотреть в глаза и трогать его перчатки и сапоги, потому что через них можно дотянуться до собственной смерти. Вот и получается, что одежда эта для тебя — как обережная кольчужка. В ней ты для всех сперва, палач, а уж потом… все остальное.
Ободряюще хлопнув меня по плечу, Гай зашагал вперед.
Я поплелся за ним.
— А вот в перепалки лучше не встревай. Этот-то ладно, сам не пойми кто, а если на кого-нибудь плащеносного наткнешься? Так что если вдруг плюнет кто, лучше молча утрись.
А то попадешь к какому-нибудь особо щепетильному судье, и влепит он тебе клеймо от всей своей широкой души. А магическое клеймо, приятель, это тебе не плевок. Его не утрешь и не смоешь.
— Нахрена я вообще сюда приехал, — пробубнил я, хотя это было несправедливо.
Потому что ехать сюда однозначно стоило — пусть даже только для того, чтобы поблагодарить Арахну.
— Да ты не расстраивайся, — протянул Гай.
— Сейчас выйдем на площадь, а там веселье, музыка, сидр — там все будет иначе. И среди девиц всегда найдется та, которой захочется потрогать жреца смерти не только за сапог и перчатку, уж ты поверь.
Я усмехнулся.
— А мне-то самому ее потрогать захочется? Ту, что найдется?
Гай рассмеялся. Смех у него был резкий, отрывистый, как свист плети.
— А вот этого, прости, обещать не могу. Но опыт подсказывает, что сумерки и вино способны украсить любую женщину!..
Я невольно вспомнил свою утенку, и не смог сдержаться от невеселой улыбки.
Да уж…
— … И потом, ты красивый, молодой — глядишь, у тебя, может, даже выбор будет, — оптимистично закончил Гай.
Тем временем дома расступились, открывая вид на большую площадь с белокаменным храмом в центре.
И опен эйр, прямо скажем, оставлял желать лучшего.
Праздник здесь еще только разгорался. Прямо у входа на площадь возле растяжек с цветными лентами и гигантской надписью «Сидр ярмарочный» собралась большая толпа.
