И глубоко вздохнул.
Интересно, насколько будет трудно протащить дохлых змей в храм, где их почитают живыми?.. Может, стоит сразу заказать себе одноместный номерок в «Ямах»?
Впрочем, «номерок» — это если повезет. Потому что осквернитель святынь, взятый с поличным, обычно побивался на месте камнями или палками — это я теперь знал.
Все-таки этот месяц был потрачен не совсем впустую.
Глава 7. Кобры, пиво и дурак
В большую повозку нас набилось человек десять, если не больше. Точнее пересчитать пассажиров я не мог, потому что плотность людей напоминала шпроты в банке.
Зажатые соседями с боков, мы упирались коленями в спины и задницы сидевших впереди, а в нас в свою очередь вдавливались колени пассажиров сзади.
Правда, мне в этом смысле повезло больше, чем всем остальным, потому что прямо за моей спиной сидела единственная в нашей повозке женщина. Она была невзрачная, с серовато-землистым лицом и гладко зализанными в косу волосами, но зато низенькая и субтильная, так что даже на кочках ее ноги касались меня лишь слегка.
Многие из гостей ярмарки решили начать праздник еще дома, и поэтому вокруг стоял густой алкогольный дух. Смешиваясь с крепким ароматом пота он образовывал химический коктейль, от которого слезились глаза и перехватывало дыхание.
Я сидел в середине телеги, тесно зажатый между Гаем и еще одним плечистым мужиком в светлой льняной сорочке, по всей видимости — новой. Однако, свежая одежда не была в его понимании веским поводом для того, чтобы помыться, и чуть выше светлого ворота у моего соседа полосатилась грязными разводами давно немытая шея.
В общем, комфорт данного вида транспорта оказался вполне сопоставим с комфортностью метро в час пик. Ну а что. Маршрутка, мать ее, — она везде маршрутка.
Наконец, повозка перестала трястись, цокот лошадиных копыт затих, и возница дружелюбненько гаркнул:
— Вываливайте все! Приехали.
И мы послушно двинулись к выходу.
Залитая солнцем площадь под стенами города напоминала вокзал: повсюду сновали маленькие персональные кареты, большие многоместные повозки выгружали новых гостей, легкие открытые коляски развозили нарядных женщин и богато одетых мужчин.
Люди сбивались в кучки, шумно приветствовали друг друга и отправлялись по главной дороге к центру — туда, где сейчас начиналось веселье.
Соскочив с высокого порожка вниз, я автоматически подал руку шедшей следом за мной соседке, чтобы помочь ей спуститься.
