Его пальцы двигались в теле девушки, ловя последние спазмы, и Уна, постанывая от наслаждения, мягко и плавно двигаясь принялась на них насаживаться, ласкаясь сама — бесстыдно и откровенно.
— Да, — шепнула она, чувствуя, как к ее раскрытым бедрам прикасается его горячая обнаженная плоть. Она с наслаждением потерлась о его напряженный член влажными припухшими губами, возбужденным клитором. Эти прикосновения были самыми приятными и желанными, Уна всхлипнула, двигая бедрами быстрее, чувствуя, как упругая головка трется о ее жаждущую плоть и удовольствие от этих прикосновений остужает ее дикую жажду.
— Еще, еще!
Аргент подхватил ее под ягодицы, жестко смял нежную мягкую кожу и с силой насадил девушку на свой вставший член, так, что она вскрикнула от причиненной ей боли. Перемешиваясь со жгучим желанием, боль эта причудливо трансформировалась в наслаждение, и от следующего жесткого толчка Уна вновь вскрикнула, забилась от удовольствия в жестких руках Аргента.
— Негодяйка, — рычал он, толкаясь в ее тело беспощадно, безжалостно, трахая ее со страстной яростью, сжимая ее мягкие бедра до красных пятен.
— Признавайся, зачем ты надушилась этим? Зачем? Зачем? Зачем? Не признаешься? Придется тебя примерно наказать…
Вместо ответа Уна откинулась назад, на удерживающую ее руку, блаженно закрыв глаза. Движения ее бедер стали такими же резкими и сильными, как движения Аргента, все ее тело вздрагивало от диких толчков, и она кричала, не слыша собственного голоса, вцепляясь ноготками в одежду Аргента, кончая так, как никогда не кончала прежде.
Глава 16. Зеркальце Корнелии и волшебная кочерга
Когда все стихло и Уна без сил лежала на груди Аргента, прижавшись к нему и зарывшись лицом в его одежду, в карету вернулись Демьен и Дерек.
Их лица были бледны, но, как будто спокойны. Они уселись подальше друг от друга и каждый уставился в свое окно."
"Аргент ничего им не сказал, хотя Уна, прижавшаяся к нему, услышала его короткий смешок. Он, разумеется, понял, кто ей вручил чудесные духи, но шутник был примерно наказан, и Аргент этим наказанием удовлетворился, так что до королевского дворца доехали молча и без приключений.
А еще, стоило только броне Аргента ожить, зашелестеть, укладываясь блестящими узорами поверх его одежды, как Уна вспомнила, зачем все это было затеяно. Она нащупала на мягком теплом сидении довольно крупный камень и зажала его в кулаке, читая заклятье подчинения, и он остался у нее.
