Возможно, пленные принимали это как пропаганду. Но оставалось фактом растущее число убитых и покалеченных солдат вермахта.
И надвигалась русская зима с ее сорокаградусными морозами, снегом по пояс и безрадостными перспективами. Наполеон сто лет назад пытался захватить Россию. Армия померзла среди болот и лесов. Хочешь не хочешь, а все чаще приходили эти воспоминания.
Слишком велика Россия. Конца-краю нет. Может, и зря затеяли эту «Барбароссу». Хватило бы и Европы с ее теплыми сортирами и шоссейными дорогами…
Глава 6
Панфиловцы продолжают бой
Точнее, это была сплошная полоса боев, из которых дивизия практически не выходила всю вторую половину октября.
Гибли люди, на смену им приходило пополнение.
Осколком в руку тяжело ранило ротного Лимарева. Его увозили на санях вместе с тремя другими ранеными. С примотанной к груди рукой, старший лейтенант пытался дать Андрею Краеву последние ненужные наставления:
– Ты, Андрей, людей береги. Ребята у нас смелые… они еще себя покажут.
Лимарева, несмотря на сильную боль, угнетала мысль, что уходит он в тыл буднично, незаметно.
Никто не лез с ним прощаться, не пытался обнять, даже старшина Снитко. И награды не успел заслужить, хотя Андрей Краев и пулеметчик Швецов получили недавно медали «За отвагу».
Лейтенант Краев, принявший роту, кивнул и, как показалось Лимареву, суховато пожелал:
– А вам выздороветь побыстрее, Юрий Федотович. Ездовой, трогай, пока обстрел не начался.
– Постой, – удержал ездового бывший ротный. – Степан, подойди поближе на пару слов.
Старшина Снитко приблизился к повозке, и Лимарев попросил его:
– Степан, рука сильно ноет. Плесни спиртика.
– Кончился спирт, – с полминуты поразмышляв, сказал старшина.
У него оставалась почти полная фляжка, но он хотел выпить сам, да и нового ротного угостить.
– Отдай флягу Федотычу, – приказал Краев. – Пусть разделит на всех четверых. Людям полегче станет. Видишь, раненые страдают.
Затем повернулся и зашагал к изрытым минами позициям. На ходу подозвал к себе Ивана Коржака:
– Примешь первый взвод.
– Есть, – козырнул сержант.
Оглянулся на старшину Снитко.
– Сколько боеприпасов в заначке?
– Так уж и в заначке. Берег до последнего на самый крайний случай. Тысяча двести винтовочных патронов и сорок гранат «РГД 33». «Лимонок» еще полтора ящика.
– Пятьсот штук отдай в расчет Швецова и по двести ручным пулеметчикам. Остальное распределишь по стрелкам. Гранаты тоже раздай. И сразу дуй на склад боепитания, я уже туда звонил.
