Удивительно, какие чудеса может сотворить хороший макияж.
Настоящие проблемы только ожидали меня. Когда я начала выбирать, какую одежду надеть, то поняла, что не все мне подходит. Такого я не ожидала: у меня никогда не было проблем с весом, мне никогда не приходилось втягивать живот, чтобы застегнуть джинсы. Хотя моя беременность была все еще едва заметна, я уже чувствовала себя настоящей коровой. Мое плохое настроение было настолько очевидным, что, выходя из ванной, я непроизвольно хлопнула дверью. Ник оторвался от своего ноутбука и с любопытством уставился на меня.
– Одолжи мне ключи от машины, – надулась я, желая выбраться из этих четырех стен как можно скорее.
Ник нахмурился.
– Для чего, позволь узнать?
Я недоверчиво посмотрела на него. Неужели он забыл?
– Съездить к врачу, который следит за здоровьем нашего сына.
Ник попытался скрыть улыбку, которая вот-вот грозила расползтись по его губам, и встал со стула. Закрыл ноутбук, взял ключи от машины и повертел их в пальцах.
– Я знаю, что сегодня тебе надо к гинекологу. Мне непонятно другое: что заставляет тебя думать, что ты сможешь вести машину сама.
Я крепко сжала челюсть.
– Я прекрасно умею водить машину. Более того, могу сказать, что делаю это даже лучше тебя.
Ник подошел ко мне, теперь не скрывая улыбки, и несколько мгновений его взгляд скользил по моему телу. Мне захотелось надеть бурку. В тот момент я меньше всего чувствовала себя привлекательной, а то, что он был так прекрасен, только еще больше злило меня.
– Продемонстрируешь свои навыки вождения позже, Веснушка. Пока я не готов посадить тебя за руль, – сказал он, хватая наши куртки и открывая дверь. – Давай, я хочу познакомиться с моим сыном.
Я не сразу отреагировала, но наконец заставила свои ноги двигаться. Мы не стали выходить через парадную дверь отеля, а спустились прямо на парковку. Когда выехали на автостраду, я почувствовала, что должна что-то сказать ему, как бы ни была зла.
– Сегодня нам, возможно, сообщат пол ребенка, – нарочито легкомысленно сказала я, хотя внутри сгорала от нетерпения узнать, кто был внутри меня, Мини-Ноа или Мини-Ник.
Николас повернулся, его глаза округлились от удивления.
– Сегодня? – спросил он, снова сосредоточившись на дороге. По движению его рук на руле я заметила, что он стал более нервным, чем пытался казаться.
– Я могла бы узнать несколько недель назад, но… предпочла подождать, – призналась я, отводя взгляд.
