– Дронго протянул журнал тете Любе и заметил, как Анжелика Гавриловна перевела дыхание.
Эта женщина испытывала немалое напряжение, пока журнал был у него в руках.
Они прошли в кабинет, напоминавший рабочее место успешного топ-менеджера. Роскошная дорогая мебель, последняя модель телевизора, современная панель управления телефонами, компьютером и персональной связью со всеми помещениями салона.
Хозяйка уселась в свое кресло, предложила гостям устраиваться поудобнее и осведомилась:
– Что вы будете пить? Коньяк, виски, мартини, джин или кофе?
– Ничего, – ответил Дронго.
– Мы почти закончили.
– Сумели выяснить что-то новое? – спросила Анжелика Гавриловна и натянуто улыбнулась.
– После того как здесь столько дней работали следователи, выяснить что-то новое достаточно проблематично. Мы только побеседовали с Филиппом Станиславовичем, хотели выяснить привычки вашей прежней клиентки. Но он почти ничего не сказал. Мы понимаем, что это служебная тайна.
– У нас замечательный персонал! – радостно произнесла директорша, немного расслабившись.
– Не сомневаюсь. Именно поэтому у меня остался только последний вопрос?
– Какой? – любезно осведомилась Анжелика Гавриловна, уже не подозревая подвоха.
– Почему вы подменили журнал регистрации? – спросил гость. – Может быть, именно потому, что у вас такой идеальный персонал?
Улыбка сползла с лица директорши салона и тяжело шлепнулась на зеркальную поверхность стола. Она не смогла скрыть своего удивления и растерянности, не сумела изобразить возмущение.
После того как Дронго вернул журнал тете Любе, эта дама была убеждена, что все прошло нормально. Тут неожиданно последовал такой резкий вопрос.
– Мы ничего не меняли. – Лицо Анжелики Гавриловны снова покрылось красными пятнами."
"– Я легко докажу, что журнал подменили, – возразил Дронго. – Достаточно сравнить записи в этом журнале и в том, который ведет Филипп Станиславович. У него почти четверть замазанных фамилий. Этого нет в вашем общем журнале. Конечно, следователи и детективы, прибывшие к вам, проверяли общий журнал и ничего особенного там не находили.
А заняться всерьез журналом вашего массажиста они даже не пытались. Его репутация своеобразного женоненавистника делала ненужными подобные проверки, тем более сравнение двух журналов. В тот день госпожа Концевич должна была лечь на массаж, но отменила эту процедуру еще утром, перезвонив непосредственно Филиппу Станиславовичу. Очевидно, схожая запись должна была быть и в общем журнале.
