– Она не могла сама уйти?
– То есть вы хотите спросить, не захотела ли Тамара меня бросить?
– Можете считать и так.
– Нет, не могла. У нее на кредитных карточках оставалось около шести тысяч долларов. Я один раз в квартал переводил ей сто тысяч на текущие расходы и в любой момент мог заблокировать ее деньги. И потом – куда и зачем уходить? Она жила в трехэтажном доме в Жуковке, имела квартиры в Москве, на Лазурном Берегу и в Крыму. Ездила на персональных машинах с водителями и телохранителями. Летала на частных самолетах.
Бросить все это? Уже не говоря о том, что я к ней прекрасно относился и мы неплохо уживались вместе.
Слово «любовь» не было произнесено ни разу. Этот человек все подчинял своему калькуляторскому счету.
– У вас есть личные враги? – уточнил Дронго.
– Полно. – Концевич невесело усмехнулся. – Но я не знаю, кто из них мог организовать похищение моей жены. Нет, не совсем так. Первый вопрос – зачем. Второй – кто это сделал? Видите, первый вопрос волнует меня даже больше второго. Зачем устраивать такой жестокий спектакль с моей женой и с моей судьбой?
– А у нее были враги?
– Наверное, были.
Но мне они неизвестны. Да, она жаловались на некоторых хозяев модельных агентств. Но это обычные истории. Чтобы раскрутить красивую молодую женщину, они требовали с нее дани. Каждый предлагал ей лечь с ним в постель. Обычная практика. Извини, Елизавета, если тебе это неприятно слышать. Но такие дикие нравы у них в модельном бизнесе. Готовят из красивых девочек либо проституток, либо содержанок.
Тамаре еще повезло. Хорен Товмасян защищал ее от подобных нападок.
– Нашел кого вспоминать, – поморщилась сестра. – Тем более благодарить. Он бросил ее в самый сложный момент.
– Оставил ей квартиру, машину и деньги, – возразил брат. – Значит, не был последним подонком. Понимал, что бывшей супруге нужно помочь.
– Не надо о нем говорить. Ты лучше отвечай на вопросы эксперта, – предложила Елизавета Викторовна.
– Я и отвечаю. Честно и откровенно. Что еще вас интересует?
– Она часто ездила в этот салон?
– Достаточно часто.
Там у нее свой мастер. Латышка. Римма. Она к ней и ездила.
– Подолгу задерживалась?
– Смотря когда и как. Но на маникюр, педикюр, укладку, покраску волос, макияж, массаж, СПА-процедуры иногда уходило до четырех-пяти часов. Точнее знает ее водитель.
– А почему мастера не приезжали к вам домой? Или в вашем трехэтажном особняке не было подходящего места для приема таких гостей? – не удержался от сарказма Дронго.
