Но не просто же так все получилось именно таким вот образом. Тело его жены сейчас ищут. А ты поезжай в театр и расспроси всех, кто мог знать что-то о тех знакомых Михаила Табатадзе, с которыми он общался в последние несколько месяцев.
– А ты сам-то куда поедешь?
– В Жуковку. Хочу еще раз переговорить с Галиной Аркадьевной. Она все-таки работает в этом доме столько лет. Многое повидала. Не беспокойся, я вызвал свою машину.
– Все равно будь осторожен. Если речь идет о такой ненависти, то она может обжечь любого, кто подойдет слишком близко.
Закончив разговор, Дронго поехал в Жуковку. Охранник перезвонил Концевичу, уточнил, можно ли пускать в дом постороннего человека, и получил согласие. Дронго вошел в дом. Дверь ему открыла сама Галина Аркадьевна. Она была в джинсах и темно-синем жакете. Так женщина выглядела даже моложе своих реальных лет.
– Вы опять приехали? – спросила она без особого удивления. – Снова желаете что-то проверить?
– Нет, – ответил Дронго. – Хочу поговорить с вами.
– Хорошо, – кивнула она.
– Идемте на кухню. Наша кухарка поехала в супермаркет за продуктами, а я собиралась варить кофе. Вы любите кофе?
– Не очень. Скорее чай.
– Да, конечно. У нас есть очень хороший английский чай.
На просторной кухне было тепло и уютно. Гость сел за стол. Галина Аркадьевна включила электрический чайник, заварила ему листовой чай, поставила чашку перед ним, принесла коробку конфет и вазочку с печеньем.
Себе она налила кофе и сказала:
– Я вас слушаю.
– Вы работаете здесь столько лет, что могли изучить вкусы и нравы хозяина дома, – сказал Дронго.
– Наверное, да, – согласилась она. – Больше четырнадцати лет.
– Он увидел вас, обыкновенную уборщицу, и сразу предложил работать в его доме? – уточнил Дронго.
– Не сразу, – ответила Галина Аркадьевна. – Через два или три месяца. Сказал, что ему нужна такая экономка, как я. С высшим образованием и приятным лицом.
– Только поэтому он вас и выбрал?
– Да, – не очень твердо произнесла женщина.
– Вы знаете, зачем я сюда езжу, – напомнил Дронго.
– Мы ищем его пропавшую супругу. Мне нужны ваши предельно честные ответы. Только в этом случае я могу рассчитывать на успех.
– Не понимаю, какое отношение имеет моя работа уборщицей для расследования этого дела. – Галина Аркадьевна улыбнулась.
– Имеет, причем очень конкретное. Вот сейчас, отвечая на предыдущий вопрос, вы сознательно солгали. Глаза чуть отвели в сторону, указательный палец правой руки дрогнул. Вы не привыкли лгать.
