Так незаметно Наоми оказалась отстранена не только от совместных трапез с мужем, но и от управления поместьем."
"Все те часы, которые она провела, разбираясь с бумагами, были проведены впустую. Все ее усилия — напрасны. Она ничего не добилась. Крохи власти и уважения от слуг утекали из пальцев подобно песку, и она не могла их поймать. Она лишилась занятия, которую посвящала все свободные часы, и ничего не обрела взамен. Такеши не просто не говорил с ней; казалось, он забыл, что она существует.
Слуги вежливо кланялись и улыбались при встрече, и только. Никто не обсуждал с ней хозяйственные дела; все они с радостью обращались к Масахиро, словно и не было тех дней, когда их вопросами занималась Наоми. Как быстро о ней позабыли!
Порой казалось, что даже тихая, бессловесная Мисаки смотрит на нее с немым укором. Конечно, девочка не смела ничего говорить; никто не смел. Но люди не могли не знать, что они с Такеши… поругались? Разошлись по разным спальням, даже не успев провести свадебную церемонию?.
.
Пытаясь упорядочить спутанные мысли, Наоми проводила за каллиграфией долгие часы. Но ломанные линии никак не желали превращаться в ровные иероглифы, и она лишь портила свиток за свитком. Что двигало ею? Зачем она надерзила Такеши? Не лучше бы было действительно направить все свои эмоции на управляющего и слуг?
Когда Такеши не вступился за нее и согласился с Масахиро, она почувствовала себя до крайности уязвимой.
Она ведь рассчитывала на него… Но правда состояла в том, что прятаться за его спину вечно она не сможет. И уважать ее лишь потому, что Такеши Минамото — ее муж, также никто не будет. Если она хочет, чтобы ей подчинялись, она должна уметь постоять за себя сама.
Мог ли Такеши быть к ней снисходительнее? Мог. Мог ли заставить Масахиро подчиниться ее распоряжениям? Мог.
Когда обида застилала глаза, Наоми не задавалась вопросом, а почему же он этого не сделал? Ей казалось, он нарочно, намеренно над ней издевался, и смотрел с превосходством, словно желал поглумиться.
Но, быть может, она ошибалась тогда. Неужели у Такеши Минамото нет больше дел, кроме как насмехаться над почти-уже-женой? Неужели он настолько мелочен и бесчестен?
Наоми закусила губу, прислушиваясь к шелесту капель за стеной. Дождь шел сплошной стеной с самого утра, отражая ее серое, тоскливое настроение.
