Их с отцом не было в поместье всего пару дней, но за столь короткий срок пришло много вестей: и с приграничных с Тайра земель, и из Эдо, и от Фудзивара, и с дальних патрулей. Ему нужно было разобраться со всем, и как можно скорее. Обычно бумагами занимался отец, но он не появится в поместье в ближайшее время. И кроме того, отец не раз уже замечал, что Такеши стоит больше времени уделять столь презираемой им дипломатии.
Сейчас он может себе позволить относиться к ней с пренебрежением, но однажды он станет главой клана и будет вынужден вести широкую переписку и разрешать множество вопросов посредством писем.
Нехотя Такеши потянулся за первым из свитков. Отец был прав в конечном счете. У него есть неприятнейшие и скучнейшие обязанности, и он не должен ими пренебрегать. Он просматривал одно донесение за другим, и по мере прочтения все больше мрачнел, сводя на переносице брови. Вести были не самыми радостными.
Такеши подвинул ближе карту, принялся делать на ней пометки, пытаясь упорядочить полученные сведения.
Короткими, рваными линиями он набросал на обратной стороне свитка лишь ему понятную схему и пару минут прожигал ее взглядом.
Выходило, им придется поторопиться с осуществлением плана.
Где-то внутри против воли шевельнулось беспокойство за отца. Тот уехал в Эдо, не зная последних новостей об участившихся патрулях на землях Тайра.
Витавший над страной дух нового восстания и очередного витка войны за сёгунат стал намного ощутимее. Такеши ждал эту бурю, готовую вот-вот разразиться.
Он жаждал сражений, в которых не бывал уже больше полугода, жаждал борьбы.
Битвы давно стали неотделимой частью его самого, он задыхался без них, чувствуя себя скованным по рукам и ногам. Он был рожден для войны и для нее же воспитан, и война была единственным Богом мужчин клана Минамото.
Четыре долгих года минуло со дня, когда был уничтожен их клан, и скоро Такеши сможет завершить свою месть. Он убил тогда убийцу, изрубив на кусочки катаной и выбросив останки на корм свиньям, но не убил того, кто за ним стоял и все спланировал.
Не убил Тайра.
С минуту Такеши раздумывал, постукивая кистью по столу, потом взял чистый свиток и спешно набросал на нем пару столбцов. Закончив, он поднялся с татами, намереваясь найти Яшамару и отправить весть отцу. Он вышел из комнаты и, идя по длинному коридору, вслушивался в вечернюю тишину дома. Никто из слуг не оставался в нем на ночь; все они уходили в свои минка* и возвращались лишь утром.
